Невеста зимнего духа

Рацлава Зарецкая
100
10
(1 голос)
0 0

Аннотация: Давно уже русский народ не почитает духов. Вера в них иссякла, добрые их деяния забылись. Вот только духи до сих пор все помнят. Особенно обиды.   Зимний дух Карачун никогда не забывал того, что сделали ему жители одной глухой деревушки. В его сердце ледяным пламенем горит ненависть к каждому потомку тех, кто уничтожил его счастье. Держит он деревню в страхе и раз за разом берет себе в жены одну из молодых девушек - такова его месть. Ведь в ледяных объятиях духа не выжить простой смертной. Однако планам зимнего тирана на этот раз не суждено сбыться, и на ту, что он уже положил свой глаз, претендует другой.  

Книга добавлена:
5-02-2024, 10:21
0
255
15
Невеста зимнего духа
Содержание

Читать книгу "Невеста зимнего духа"



Рацлава Зарецкая
Невеста зимнего духа

Пролог

Ничего не останется от нас,

Нам останемся, может быть, только мы.

И крылатое бьётся пламя между нами,

Как любовь во время зимы.

Мельница «Любовь во время зимы»

Мы бежали изо всех сил по припорошенной снегом лесной тропе. Впереди — неизвестность и тьма. Позади — верная смерть, чье холодное дыхание преследовало нас, проникая через одежду.

С каждым разом бежать становилось все труднее. Тело замерзало и теряло силы, будто снег, по которому мы бежали, высасывал их. Боль в ранах снова вернулась. Хриплое дыхание вырывалось из моего рта, сопровождаемое резью в горле. Несколько раз мне казалось, что я вот-вот упаду замертво, но теплая ладонь Али придавала мне сил. Я крепко держал ее, сосредоточившись на тепле, что передавалось мне через ее тонкие пальцы.

— Я больше не могу… — Аля вдруг остановилась и согнулась пополам.

— Нельзя останавливаться! Он догонит и заберет тебя.

Схватив девушку за локти, я поднял ее, но устоять она не смогла и рухнула на колени. Ее голова бессильно поникла, а руки соскользнули с бедер и упали в снег, который стремительно таял вокруг Али, пропитывая собой ее нарядное одеяние невесты.

— Аля! — умоляюще произнес я, опасливо поглядывая в сторону, откуда мы бежали.

— Пусть забирает… Я больше не могу… И тебе будет без меня только лучше…

— Какая же ты глупая! — Я повернулся к девушке спиной и присел на корточки. — Цепляйся за спину.

— Не стоит…

— Цепляйся, иначе я останусь с тобой и встречу здесь свою смерть!

Аля тихо захныкала, но на спину мне все же залезла. Девушка весила как пушинка из-за последних событий, и я впервые порадовался этому — бежать будет чуть легче.

Стараясь двигаться как можно быстрее, я отключился от всего и полностью сосредоточился на дороге и своих ногах. Самым главным сейчас было выбраться из леса, поймать попутку и пересечь границу, за которой его силы уже не действуют.

Холодное дыхание, что преследовало нас всю дорогу, усилилось. По моему телу пробежал холодный озноб, а волосы на затылке встали дыбом.

— Он здесь, — испуганно пролепетала Аля. — Он нас догнал…

— Нет! — протестующе крикнул я, а затем обернулся.

Из лесной тьмы на меня смотрели два льдисто-голубых глаза. Насквозь пронизывающий ветер свирепым коршуном накинулся на меня, едва не сбив с ног. Жуткий хохот раскатистым эхом прокатился по лесной чаще. Не успел я моргнуть, как два глаза, похожих на ледышки, уже были прямо передо мной.

— От меня не убежать, — выдохнула мне в лицо сама смерть.




Глава 1.1. Праздник и смерть

— Ай, какая у нас елочка красивая! Вся горит и переливается, — восторженно произнесла уборщица детского сада, поставив перед собой швабру и опершись на нее. — А ведь в древние времена елки внутренними органами животных украшали, чтобы Карачуна задобрить!

— Теть Нюр, вы что такое говорите-то при детях! — возмутилась Катя.

Повесив золотой шарик на пушистую елочную ветку, я взглянул на детей. Вся группа с открытыми ртами смотрела телевизор, по которому показывали какой-то глупый мультфильм. Ни наряженная елка с гирляндами, ни слова уборщицы их не интересовали.

— Эти дети сейчас только в телевизорах и в телефонах, — фыркнула тетя Нюра. — Их сейчас никакой историей не заинтересуешь.

— Так Карачун — это же сказка, — заметил я.

— Сам ты сказка! — с обидой в голосе произнесла уборщица. — Наши предки страсть как боялись этого зимнего духа! Даже шли на такие извращения, как елка из кровавый потрохов…

— Теть Нюр! — снова возмутилась Катя. Порывшись в пакете с сосульками, она выудила две — серебристую и золотистую, — и, выбрав последнюю, повесила ее на елку.

К украшению детского садика к Новому году она подошла очень ответственно, как и к любому делу, за которое бралась. Елочные игрушки Катя отбирала только те, что сочетались друг с другом, например, красные и золотые или серебряные и синие. Мне же было абсолютно все равно, что вешать на елку: игрушки или же потроха. Я просто помогал Кате и все повторял за ней.

— Вон тот шарик криво висит, Катюш, — заметила уборщица, указав ручкой швабры на красный шарик со снеговиком.

— И правда… — Катя поправила шарик, но он все равно не выровнялся. Тогда девушка заломила ветку вверх и та, хрустнув, застыла под углом в девяносто градусов. — Ну вот, теперь ровно висит.

— Это же не искусственная елка, у которой ветки гнутся, — напомнил я Кате.

— Да я не до конца ее сломала. Продержится.

— Что ж тебе ель то сделала? А если тебе так палец переломить? — возмутилась старая уборщица.

— Вы что, мне угрожаете? — удивилась Катя. — Да мы сейчас на вас воспитателям пожалуемся! Или уйдем, так и не нарядив вашу елку до конца. А вас вообще уволят за некомпетентность и хамство!

Катя Голикова хоть и была человеком с большим сердцем и волонтёром с семилетнем стажем, частенько поражала своей бестактностью. Не меня, конечно, но остальных людей — да.

Вот и тетю Нюру поразила так, что у той даже рот приоткрылся от возмущения. Пару секунд замешательства, и уборщица недовольно заметила:

— Договоришься ты когда-нибудь, девочка! Придет за тобой Карачун и утащит навсегда в свое ледяное жилище. Он не любит тех, кто неуважителен. В особенности, к природе.

— Ага, конечно, — противно сказала Катя.

Махнув на нее рукой, уборщица потопала к выходу.

— Как-то жестко ты с ней, — заметил я, украшая елку мишурой.

— Кто бы говорил, — огрызнулась Катя. — Ты сам со всеми жесткий и противный. Ни разу за два года учебы не улыбнулся. Высокомерия хоть отбавляй. И только когда на Альку Логунову смотришь, хоть что-то в тебе меняется: взгляд становится другим, более тёплым. Градуса на 1,5.

— Правда?

— Правда. Я уже ни раз замечала.

Так это что же, Голикова за мной следит? Зачем же?

— А ты что, влюбилась в меня? — пораскинув мозгами, спросил я.

Щеки у Кати сразу же порозовели.

— Упаси боже! — чересчур громко произнесла она. — Кому ты нужен? С тобой ни поговорить нормально, ни посмеяться. Чурбан бесчувственный.

Спорить было бессмысленно. Из-за своей алекситимии я действительно был бесчувственным. Вернее, безэмоциональным. Врач сказал, что это из-за того, что у меня плохо развиты миндалины головного мозга и посоветовал мне больше общаться со сверстниками и есть миндаль, который якобы стимулирует рост миндалин. Вот только я рос в глухой деревне, где из моих ровесников было всего три человека, которые не хотели иметь со мной, странным сиротой, ничего общего. И на орехи у меня аллергия.

После смерти мамы, которую я совсем не помню, так как она умерла, когда я был младенцем, заботиться обо мне стал папин брат — дядя Слава. Хотя, заботиться — это сильно сказано. Лет до пяти он худо-бедно вырастил меня, а после этого дяде Славе было плевать на меня. Он увлекся алкоголем, и не обращал на меня внимания, так что я был полностью предоставлен самому себе.

Местные дети, которых было в нашей деревне всего ничего, встретили меня негативно. Им не хотелось общаться с тем, кого собственный дядя называл «чудилой» и «тупицей». Несколько раз получив по спине палками и камнями, я перестал им навязываться. Ни обиды, ни злости я не испытывал, потому что не знал, что это такое. Я мог лишь видеть и запоминать эмоции, но понять их у меня не получалось.

Предоставленный самому себе, я бродил по деревне как неприкаянный и изучал окружающий меня мир так, как мог.

Однажды ночью мне никак не давала уснуть соседский щенок. Он без конца тявкал, скулил и выл, не давая мне провалиться в блаженный сон.

Решительно встав с постели, я оделся и вышел из дома. Завидев меня, щенок пару раз тявкнул и завилял хвостом.

— Хватит выть, а то шею сверну, — сказал я собаке.

Щенок тявкнул и замолчал, а я вернулся домой и лег в еще не остывшую постель, однако спустя несколько минут глупая собака снова начала выть.

Тогда я вернулся и сделал то, что пообещал. Вот только действовал не слишком осторожно, и меня заметил сосед, который вышел покурить. Он схватил меня за шиворот и, ругаясь, потащил к дяде.

Сонный и пропахший табаком и спиртом, дядя не сразу понял, что говорит сосед, но, проследовав за ним и увидев мертвую собаку, отвесил мне пощечину и в сердцах бросил:

— Да лучше бы ты помер вместе со своей матерью, чудовище! Будь добор, облегчи мою жизнь: сходи и убейся где-нибудь!

Сказав это, он вернулся в дом и заперся. Я же, постояв над телом щенка и толком не понимая, что плохого я сделал, развернулся и пошел к пруду, что раскинулся на краю деревни.

Убиться, так убиться, подумал я. Такого я еще не пробовал.

У пруда меня застал рассвет. Солнце только начало вставать из-за леса. Я представил, как прыгаю в пруд, как прохладная вода поглощает меня, и я больше никогда не смогу увидеть ни рассвет, ни закат.

У нормальных людей возникло бы сожаление, появился бы страх за свою жизнь, и они бы передумали умирать, но не я. Я ничего подобного не ощутил, и поэтому решительно прошел по мостику и упал в темную воду, поддернутую тиной.

Я не сопротивлялся. Позволил воде принять меня и утянуть на самое дно пруда. Но вдруг вместо того, чтобы тонуть, я начал всплывать. Какая-то неведомая сила схватила меня и потянула наверх.

Очутившись на суше, я откашлялся и открыл глаза. На меня смотрела девочка примерно моего возраста, может, чуть старше. С ее темных коротких волос капала вода и попадала на мое лицо.

— Живой? — спросила она.

— Да, — хрипло ответил я.

— Ну и слава богу! — выдохнула девочки и легла на землю рядом со мной. — Меня Алей зовут. А тебя?

Впервые кого-то интересовало мое имя. На мгновение я даже растерялся, а затем сказал:

— Демид.

Аля жила в городе. Она родилась в деревне, но вскоре ее родители переехали, и теперь привозили девочку иногда погостить летом у бабушки. Именно поэтому я никогда ее раньше не видел среди детей, но, даже если бы и увидел, она бы меня не заинтересовала. Ведь она бы тогда не смогла спасти мою жизнь.

Не могу сказать, что привязался к Але или что она мне понравилась, но интерес к ней у меня появился. К тому же, она пояснила мне много того, что категорически нельзя делать. Например, убивать себя, людей и домашних животных.

Первые несколько лет мы каждое лето проводили вместе, но однажды она не приехала. Ее бабушка Шура сказала, что Аля захотела в лагерь, но на следующее лето она точно приедет.

Баба Шура не соврала, и Аля действительно приехала, но не одна, а с подругой. Обо мне она даже не вспомнила и целыми днями веселилась на пруду с подругой. Я же наблюдал за ней издалека, решив не подходить к ней первым.

В старших классах она еще несколько раз навещала бабушку, и даже улыбнулась мне однажды, когда мы повстречались на дороге, ведущей к пруду. Мне бы тоже ей улыбнуться, как я учился перед зеркалом, но в тот момент все вылетело у меня из головы, и я лишь угрюмо кивнул ей, потупив взгляд.


Скачать книгу "Невеста зимнего духа" - Рацлава Зарецкая бесплатно


100
10
Оцени книгу:
0 0
Комментарии
Минимальная длина комментария - 7 знаков.
Книжка.орг » Мистика » Невеста зимнего духа
Внимание