Барнар — мир на костях 2
![Барнар — мир на костях 2](/uploads/covers/2024-02-03/barnar-8212-mir-na-kostyax-2-0.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Барнар — мир на костях 2"
Глава 4
Через открытые окна пробивался солнечный свет, и в его широких лучах было видно, как завихряются в искривлённых спиралях пылинки. Покои короля охраняли наёмные стражники. Тиссу они весьма удивили. Так как на них была непривычная форма. Вместо серебряных оттенков на латах и гербов на плащах, тела их покрывала чёрная броня без единого узора. На плечах покоились такого же цвета плащи до самого пола, в то время как прежние доходили лишь до колен. И шлем закрывал практически всё лицо, оставляя только глаза, хотя стража во дворце испокон веков носила головные уборы, прикрывающие нос и лоб, а не всю нижнюю часть. От макушки тех спускались тёмные длинные хвосты. Миледи направилась к двери, ожидая, что еë сразу же отворят. Но стражники преградили путь мечами.
— Что вы себе позволяете? — Тисса высокомерно и медленно лила на них свою речь, словно густой мед из бочонка. — Перед вами стоит сама королева Дормана. Дочь достопочтенного великого герцога из Норффорда Его Светлости Теобальда Ланкйормунгского. И, несмотря на вашу явную неосведомленность, граничащую с невежеством, вы всё же наверняка знаете историю, связанную с прозвищем моего отца. Любому младенцу от южных и до северных земель известна битва у залива Ланкйормунг, — она сделала длительную паузу и заметила, как воины многозначительно переглянулись друг с другом. — А ещё, уважаемые подданные моего супруга, прошу вас заметить, что в наших краях жëны имеют все законные основания для того, чтобы видеть своих мужей, когда они только этого пожелают. И помешать им в этом может только одна смерть, — она самодовольно улыбнулась, театрально расправив несуществующие складки на своём платье. — Любой брак в Дормане неприкосновенен для других забот. И если уж вы решили встать на моём пути, даже пусть и по приказу самого короля, вы в любом случае будете мертвы уже через пять минут, — Тисса пронзила их хладнокровным и в то же время равнодушным взглядом, который с точностью говорил им, что для неë действительно не составит никакого труда отдать приказ для убийства.
Охрана убрала оружие в ножны и расступилась. Мужчины одновременно раскрыли двери перед королевой.
Тисса вошла в тëмную спальню. С высокого дубового кресла из угла на неё смотрели жёлтые глаза. Розгальд встал и направился молча к жене. Миледи больше не ощущала в себе никакой уверенности. Она не смела поднять головы. Холодность, с какой её встретил муж, ввергла в ступор.
— Я же приказал им никого сюда не впускать, — тихо изрёк правитель, обращаясь к самому себе.
Розгальд резко развернулся и направился к выходу. Тисса догадалась, какой ужас он может совершить. Женщина непроизвольно вцепилась в его кисть. Супруг злобно уставился на неё.
— Не делай этого. Твоя стража не виновата в том, что я прошла. Ты ведь прекрасно знаешь законы и обычаи нашей страны. Я имела полное право сюда явиться. А твои слуги… Кто они такие, чтобы идти против закона? Ты сам, как король, предстаешь рабом перед сводом правил. Если бы они меня не пропустили, я бы приказала их убить. Хочешь кого-то наказать? Но карать некого. Прошу… — королева подняла голову вверх. — Поговори со мной, Розгальд.
— Они ослушались меня и должны умереть, — Его Величество отпрянул от жены.
— Розгальд, если ты их казнишь, то тень падает на твоë правление. Народ этого не поймёт. К чему сеять раздор, когда в мире и так беспокойно?
Супруг сдвинул брови, задумавшись над еë словами.
— Присаживайся, — он указал ей рукой на диван. — Ты права, Тисса.
Королева подошла к портьерам и раскрыла их. После того, как в комнате стало светлее, она уселась.
— Как ты, любовь моя?
— Зря ты впустила свет. Он мне больше не мил, — угрюмо ответил муж и направился к креслу, в котором находился до этого.
— Расскажи мне всё, что случилось, — робко попросила Тисса. Взгляд её поник от несчастного вида милорда.
— Думаю: все подробности тебе прекрасно смогут передать слуги. От меня ты можешь услышать только то, что я уже совсем не тот, кем был раньше, — он отчаянно заглянул ей в глаза в надежде, будто она сможет понять его состояние. Но в ту же секунду догадался, что это невозможно. Почувствовать терзания новообращенного вампира способны только другие вампиры. — Как твоё здоровье? Я узнал, что у тебя было плохое состояние. Ты не поднималась с постели несколько дней. И хочу, чтобы ты знала, Тисса: я никак не мог тебя навестить. Прости… Можно ли требовать любви от того, кто уже мёртв внутри? Я боялся, что наврежу тебе. Моя постоянная жажда крови не даёт мне здраво мыслить.
— Я рада, что ты спросил о моём самочувствии. Всё в порядке, Розгальд. Это случилось оттого, что я сильно переживала за тебя, когда ты отправлялся на сражение в Килн. Если бы ты только знал, как я хочу прижаться к тебе и расцеловать твои губы! — из её глаз хлынули искренние слезы. — Но ведь мне лучше этого сейчас не делать? Так?
— Да, — холодно отрезал правитель. — Не стоит ко мне приближаться. Это слишком опасно для тебя и наследника.
— Я понимаю, — она кивнула. — Но ведь когда-нибудь жажда поутихнет? Я слышала истории об этом. И слава богам, в нашем королевстве хватает диких и домашних зверей. Крови достаточно.
Розгальд не сразу ответил. Он старался больше на неё не глядеть.
— Мне пора заняться делами. По договору я обещал союзникам предоставить лесных животных. Нужно подписать бумаги и приказать, чтобы началась погрузка на корабли. И к тому же чертовы наёмники и ведьмы не смогли исполнить свой долг. Мало того, что одна из них покусилась на меня и выкрала артефакт, так из Торианвиля только что доставили по голубиной почте информацию о том, что Узгулун заполучил осколок звезды. Он силён, как никогда. Его пытались остановить гномы из земель Западного Уэксгарвана и этот наёмник Конрад вместе с Амелией из ковена. Ведьма погибла, а повелитель хаоса куда-то исчез. Но нужно быть начеку. Наступило затишье перед бурей. Пора разобраться с эльфами и узнать, будут ли те готовы к битве в любую секунду или прижмут хвосты, как обычно. Если не объединятся все народы и расы, мы станем слишком лёгкой добычей. И при всём этом я чувствую себя чудовищно. Словно меня контролирует моя плоть, а не душа.
— Любимый, — Тисса поднялась, чтобы направиться к выходу, — у тебя всё получится. Ты справишься. Нет чел… — она осеклась, но быстро исправилась. — Кроме тебя нет никого более достойного для трона Дормана. Помнишь, когда ты приехал в замок моего отца, чтобы увидеть меня впервые? Мы отправились вместе с тобой и с родителями на конную прогулку по лесу. И там я показала тебе кустарник с герба Норффорда — бирючину. Она красиво цветёт, и у её цветков сладкий дурманящий аромат. Это растение прекрасно, как и земли, которыми управлял мой отец, а ныне мой дядя. Но оно коварно для тех, кто не почитает и не знает его. Таков характер у моих предков. Чёрные ягоды бирючины очень ядовиты. Но, Розгальд, опасны они лишь тогда, когда их съешь. А их можно и не вкушать… Тогда никакой беды не будет. Всё зависит от знаний и от силы воли. Я не верю в судьбу. Каждый сам строит свою жизнь так, как считает это нужным. И за ошибки всем придётся расплачиваться соразмерно той мере, в которой они были совершены. И я знаю, что ты не из тех, кто прогибается под трудностями. И ты никогда не будешь говорить о том, что нельзя было поступить по-другому, — королева сама открыла двери. Стук от её каблуков еще долго доносился до ушей Розгальда с другой стороны дворца.
После этого правителю принесли кувшин свежей, ещё тёплой крови барана, заколотого для ужина. И тот, опустошив четыре кубка подряд, направился на собрание со своими советниками в тронном зале. Но по дороге он приказал одному из слуг немедля добраться до главных ворот замка и передать главе гарнизона: не впускать наёмника по имени Конрад. Королю хотелось, чтобы его гнали прочь. Он не собирался платить ему за задание, которое провалилось.
Однако Конрад, вернувшись в столицу, и сам не собирался наведываться во дворец. Так как он первым делом приступил к поискам Тары и узнал, что та находится вместе с Иориком в опале. Наëмник посетил загородный дом ведьм и ужаснулся увиденным. Мужчина из собственного кошелька оплатил погребение бедной кухарки Терезы. Труп щенка он сам закопал на заднем дворе. Также Конрад нанял за свой счёт работников, чтобы те заколотили пустой дом его подруг. Он понимал, что нет смысла обращаться к кому-то из властей и искать справедливости, ведь это ни к чему не приведёт. Терезу бы просто обвинили в укрывательстве преступницы Тары, и на этом бы судебное дело закрыли, даже не начав его заводить. Увы… Блюстители закона на стороне того, кто у власти. Никто бы из них не посмел защищать невинных жертв, которые находились в дружбе с ведьмой и поэтом.
Конрад помчался за ответами в имение, где увиделся с директрисой. На ней не было лица, когда женщина впустила его в свой кабинет.
— Леди Эрлин, — наёмник склонил голову, — здравствуйте. Мне бы хотелось услышать хоть какие-то объяснения по поводу моих подруг.
— Проходи, Конрад, — она тепло его приняла, попросив принести им еду прямо наверх. — О твоём коне позаботятся в нашей конюшне. А ещё тех двоих лошадей, что с тобой, можешь тоже оставить у нас, если хочешь.
— Спасибо, — сказал наёмник, усевшись на стул возле громоздкого стола.
Директриса поведала мужчине всё, что знала сама. Наёмник же поделился в ответ, тем что ему довелось узреть.
— Я благодарна тебе от своего имени и от имени моих учениц, что ты сам распорядился похоронами. Я хочу тоже внести свои средства. Давай я тебе дам монеты…
Но не успела она договорить, как Конрад поднял резко руку в знак протеста. И женщина поняла, что он не возьмет с неё денег ни под каким предлогом. Тогда леди Эрлин продолжила:
— То, что ты сейчас мне рассказал про кухарку Терезу и про тот погром в жилище девочек, это просто ужасно. Как же всё жестоко! — она не смогла усидеть на месте и поднялась, начав ходить из стороны в сторону. — Конрад, — она бросила на него печальный взгляд, — я хочу покинуть Остбон. Просто взять и уехать отсюда вместе с моими учениками. Построить школу в другом месте. Вдали от Дормана. Тяжело оставаться там, где чинят беззаконие. Тара знала, на что она шла. И я тоже… Но я думала, что король просто наложит на неё штраф или максимум, если поймает, то посадит в темницу. Никто не представлял из нас, что он может внести её в проскрипцию. Из-за его действий сотни негодяев и отъявленных подлецов ринулись чинить отвратительные вещи в погоне за вознаграждением. И кровь Терезы на его руках. Я думаю, что когда он узнаёт о произошедшем, то всë поймёт… Но уже поздно. Ничего это не даст. Вряд ли он пожалеет о случившемся. Однако маги никому не нужны в чужих краях. Нас ведь всегда презирали. И только предки Розгальда осознали пользу от сотрудничества с ведьмами. Покойный брат короля и сам нынешний правитель оказывали нам защиту. Ковен уважают и ценят в Дормане, покуда мы нужны Его Величеству. Я и мои люди не сможем начать всё с чистого листа в ином месте. Уже никогда и ничего не будет, как прежде, — она развернулась к мужчине и заметила, что тот ничего не ест. У него абсолютно не было аппетита, что не удивительно. Когда душу терзает слишком ужасная боль, все заботы бренной плоти отходят на последнее место. — Конрад, я слишком рискую собой и остальными, но по-другому не могу, ибо у меня есть сердце. В наших жилах течёт кровь, которая говорит нам, что мы должны покарать обидчиков друзей наших, — она гордо подняла голову, сцепив руки на спиной. — Потому я сейчас же попрошу тех, кому я хорошо доверяю: найти убийц Терезы. Это была невинная женщина с доброй душой. И если закон сейчас бездействует, то нам придётся взять всё в свои руки.