Здесь водятся драконы
![Здесь водятся драконы](/uploads/covers/2024-05-06/zdes-vodyatsya-drakony-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Здесь водятся драконы"
* * *
Санкт-Петербург,
Угол Литейного и Невского, проспектов
Заведение Палкина-сына.
А вы, Александр Евгеньич, вижу, верны себе… — морской министр пододвинул к себе книжку меню. — По-прежнему предпочитаете беседовать в ресторанах? Хотя, вроде и кабинеты у нас на соседних этажах…
В кабинете я работаю с документами и принимаю подчинённых. — Юлдашев в свою очередь раскрыл меню. — Рекомендую, Иван Алексеич, форель по-гатчински с о-блё, её у здесь бесподобно готовят. И взять к нему божоле–нуво — вообще-то его обычно подают под мясную закуску и сыры, но в данном случае стоит сделать исключение.
— Красное вино — и к рыбе? — удивился Шестаков, пользовавшийся, и вполне заслуженно, репутацией тонкого гурмана.- Только из уважения к вам, граф, решусь на такое святотатство!
— Решитесь, Иван Алексеич, решитесь, не пожалеете. А пока готовят форель — не поговорить ли о наших делах?
— Отчего же, давайте… — министр отодвинул книжку меню к краю стола, откуда его немедленно подхватил официант. — Вы, как я догадываюсь, собирались поговорить о Казанкове и его людях?
— Именно так. По моему мнению, они своё дело они сделали: помогли повстанцам заварить такую кашу, которую долго ещё придётся расхлёбывать. Может, пора подумать о том, как будем их забирать оттуда? А то ведь, неровён час, французы прознают, что в Тонкине действует русский отряд — и не просто действует, а помогает аннамитам лупцевать их в хвост и в гриву, международным скандалом тогда не ограничится! Да и государь будет недоволен — он особо настаивал, чтобы всё прошло тихо…
Официант водрузил на стол монументальное серебряное блюдо, накрытое выпуклой, серебряной же крышкой. Приподнял, демонстрируя гостям форель в голубом соусе, обложенную овощами и веточками зелени. Запах был… умопомрачительный.
Шестаков дождался, когда официант удалится, пригубил вино, кивнул одобрительно — и только тогда заговорил.
— Насчёт пожеланий государя вы, конечно, правы, друг мой. Надо постараться. Что до вашего казанкова — то для его имеется ещё одно задание, и весьма важное.
— Вашего, не моего. — уточнил Юлдашев. — Если мне память не изменяет, капитан второго ранга Казанков числится по штатам вашего департамента?
— Так и есть Александр Евгеньич. Но на время этой операции — он ваш подчинённый, так что не перекладывайте с больной головы на здоровую.
Юлдашев ответил иронической улыбкой.
— На вас, пожалуй, переложишь Иван Алексеич. — он подцепил на двузубую вилку кусочек рыбы и отправил её в рот. — И что за задание вы для него приготовили?
Шестаков в свою очередь продегустировал форель.
— А ведь недурственно, право же, и божоле тут очень кстати! Что до задания — во Владивосток сейчас стоит транспорт 'Байкал. Командует им капитан второго ранга Макаров, о котором вы, полагаю, наслышаны…
— Герой последней войны, потопил на рейде Батума турецкую канонерку «Итинбах». — кивнул Юлдашев. — Как же, помню.
— Макаров заканчивает переоснащение «Байкала» в минный транспорт. Через две недели, самое большее, он сможет сняться с якоря. После чего — отправится в Южно-китайское море, где заберёт с тонкинского берега Казанкова и его команду. А вот дальше… — он снова глотнул из рюмки ярко-красного вина, — дальше, Александр Евгеньич, начнётся самое интересное.
— Всё-таки набег на гавань Сайгона? — Юлдашев покачал головой. — Риск отчаянный, но, в конце концов, почему бы и нет? А мы с вами давайте пока подумаем, как подогреть пыл обоих адмиралов, Курбэ, и Дин Жучана. А то, не дай бог, передумают, и тогда все наши планы отправятся псу под хвост!
— Не передумают, граф, никуда они не денутся. Курбэ сейчас встревожен известиями о том, что творится на суше, и считает, что китайцы захотят закрепить успех ударом с моря. Что же касается Дин Жучана — полагаю, получив подарочек, который везёт для него барон Греве, он станет не в пример храбрее, и решится, наконец, вывести свой флот из Люйшуня. Если, кончено, Курбэ не нанесёт удар первым, атаковав Бэйянский флот в его базе.
Юлдашев задумался, играя серебряной вилкой. Министр терпеливо ждал.
— Пожалуй, согласен с вами, Иван Алексеич. — заговорил наконец граф. — Если французская эскадра двинется к Люйшуню — это до некоторой степени развяжет руки аннамитским повстанцам и в Тонкине и на юге, в Кохинхине. Да и Казанкову с Макаровым будет попроще.
— Значит, одобряете, Евгений Палыч? — улыбнулся Шестаков. — Вот и хорошо, вот и ладно. А теперь, пока ждём десерта, объясните, что там за свистопляска вокруг барона Греве? Слышал, какие-то неприятности с его супругой?
Юлдашев выругался про себя — поистине, в Петербурге ничего нельзя удержать в тайне сколько-нибудь долго! — и приготовился рассказывать.
Конец второй части
Часть третья