Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия)

Макс Мах
100
10
(1 голос)
0 0

Аннотация: Действие происходит в альтернативной вселенной Гарри Поттера между 1986 и 1991 годом. История Поттеров расказана от лица нового персонажа. Прошу любить и жаловать: шведско-британская аристократка Анна Элисабет графиня Готска-Энгельёэн, боевой маг, красивая женщина и просто хороший человек. И кроме того, она крестная мать Гарольда Поттера и близкая подруга его родителей (закончила Хогвартс в тот же год, что и они, факультет Слизерин). Среди участников повествования Лили Поттер, Беллатриса Блэк (в замужестве Лестрадже), Сириус Блэк, Вальбурга Блэк, Альбус Даблдор, королева Елизавета II и несколько новых персонажей.  

Книга добавлена:
5-02-2024, 10:37
0
185
108
Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия)

Читать книгу "Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия)"



Глава 1

Исход неясен

Глава 1. В чужом пиру похмелье

Борис Евгеньевич Евсеев умер красиво: с Виагрой в крови, шотландским виски в стакане и голой дамочкой в постели. К тому же умер он быстро и без мучений. Его, словно бы, выключили, и все, собственно. Был и не стало. Но вот какое дело. Приключившуюся с ним неприятность он осознал несколько позже, поскольку тот, кто его выключил, неожиданно передумал и снова включил. И «включение» это произошло так же просто и безболезненно, как и предшествующее ему «выключение». Единственный запомнившийся момент — это краткая пауза между тем и этим, похожая на затемнение в кино при переходе от одной сцены к другой. И вот эта другая «сцена» Евсееву решительно не понравилась. Он же точно помнил, что умирал, — если, конечно, это действительно была смерть, — в своей постели, в собственной спальне, находившейся к тому же, в его собственном доме. Очнулся же он, лежа на холодном камне, и в дурацких декорациях приключенческого фильма. Ну или фильма ужасов, поскольку такой вариант при его-то обстоятельствах исключить было никак нельзя.

Он находился в довольно большой и, скорее всего, рукотворной пещере с высоким неровно обработанным потолком и грубо высеченными из какого-то темно-красного камня истуканами в пол человеческого роста, стоящими вокруг плоской гранитной плиты. Освещалось все это огнем горящих факелов, и надо сказать, освещалось, на удивление, хорошо и, вроде бы, без чада. Ни копоти, ни запаха, ни характерных звуков, одно лишь пламя.

«Ну, и куда же это меня занесло?» — спросил он себя, одновременно садясь на своем неудобном ложе.

Идей не было. На приход не похоже, да и не курил он сегодня травы. Он вообще ее давно не курил. Отравление алкоголем тоже выглядит, кажется, как-то иначе. А во внезапную шизофрению Евсеев не верил. Не бывает внезапной шизофрении, потому что не может быть никогда. Оставалась, правда, возможность впадения в маразм, что в его возрасте отнюдь не исключено, но при деменции такие подробные глюки тоже, кажется, не случаются.

«Тогда, что?»

Евсеев встал со своего гранитного одра и в два шага подошел к одному из истуканов. Тот был, вроде бы, высечен из камня или, может быть, слеплен из красной глины, но сделан был грубо, можно сказать, топорно. Отдаленно похож на человека, и подразумевалась, скорее всего, женщина. И это было все, что можно сказать об этой массивной гротескной фигуре. Вот разве что материал… Евсеев тронул истукана рукой, чтобы попробовать опознать материал на ощупь, тронул и форменным образом обалдел. Во-первых, в момент касания он увидел свою руку, а во-вторых, едва тонкие длинные пальцы, которые явно не могли принадлежать немолодому грузному мужчине, коснулись «подразумеваемого лица», как все это изваяние — и разумеется, вместе с «лицом», — мгновенно осыпалось, превратившись в красную невесомую пыль.

«Это кровь?» — спросил он себя, почувствовав характерный металлический запах.

Разумеется, кровь! — ответил ему внутренний голос, и Борис Евгеньевич ни на мгновение не усомнился, что ответившему виднее. «Внутренний голос» явно знал больше, чем говорил, но объяснять ничего не желал. Поэтому глядеть в оба и думать приходилось самому.

Оставаясь, на удивление спокойным, Евсеев осмотрелся и по возможности осмотрел себя. Сам он оказался женщиной, притом женщиной молодой и по некоторым признакам красивой. Наверное, будь Борис Евгеньевич лет хотя бы на двадцать моложе, он бы наверняка впал в истерику. Но Евсееву было так много лет, что он даже сексом занимался теперь скорее по привычке, а не потому что хочется. Выветрилось все, поэтому, наверное, и не обидно, хотя и любопытно, разумеется. Каково это быть женщиной? Но о том, чтобы заниматься сексом с мужчинами и речи быть не могло. Он такую возможность даже теоретически не рассматривал. Да и вообще, на данный момент это был совершенно неактуальный вопрос. Какие, к черту, мужчины, какие, нахрен, женщины? По факту он, между прочим, голый, а вокруг…

Декорации, если конечно это были декорации, — в чем Евсеев теперь серьезно сомневался, — наводили на мысли о том, что, прежде чем очнуться, он стал жертвой некоего ритуала. Дело в том, что плита, на которой совсем недавно лежал Борис Евгеньевич, скорее всего являлась алтарем или жертвенником некоего явно дохристианского божества. Вся она была расчерчена какими-то сложными фигурами, неизвестными Евсееву символами, скандинавскими рунами, и стилизованными буквами латинского и греческого алфавита. При этом бороздки, вырезанные в граните, были, словно бы, залиты красной, черной и зеленой тушью, составляя, — если верить интуиции, — единый рисунок, имеющий к тому же неизвестную, но наверняка весьма серьезную цель.

Алтарный камень, — подсказал все тот же внутренний голос. — А незнакомые тебе глифы[1] — это магические зодиакальные и алхимические символы, используемые в зельеварении и арифмантике.

«Зельеварение? — удивился Евсеев. — Серьезно? В стиле Гарри Поттера?»

Поттеры — древний магический род, — сообщил ему внутренний голос, по-видимому, расшифровавший мысль Евсеева, как вопрос.

Получалось, что, если у него не поехала крыша, то внезапно прорезавшийся «внутренний голос» работал, как справочник или википедия. Коротко, сухо и только по существу вопроса. Гипотезу, впрочем, следовало проверить. И, опустившись на корточки, Евсеев коснулся пальцем горки красного праха.

«Ну, и чья же это кровь?» — якобы задумался он.

В ритуале Solem Cruentum[2]используется только человеческая кровь, — тут же сообщил «голос». — Ритуал запрещен в Великобритании, Франции, Германии и ряде других европейских стран, но разрешен в Гиперборейском союзе.

«А Гиперборейский союз — это?..»

Объединение магических автономий Скандинавии и Севера России.

«Мило!» — усмехнулся Евсеев, неплохо представлявший себе геополитические реалии севера Европы.

Наверное, Борис Евгеньевич, являвшийся по своей природе весьма увлекающимся человеком, продолжил бы исследование пещеры, алтаря и прочего всего, но ему помешали. Евсеев услышал, как кто-то стучит в деревянную дверь и тут же обнаружил ее в одной из стен. Оставалось понять, что от него требуется? Открыть дверь или крикнуть, чтобы входили?

Разрешить войти! — подсказал «Голос». Но «голос» ли? Сейчас, несмотря на некоторую спутанность сознания, Евсеев осознал, что никакого особого голоса у него в голове нет и не было. Идею с «Голосом», скорее всего, подкинуло ему подсознание, ну или это у него просто фантазия разыгралась. На самом деле, это было что-то другое, но вот, что именно, он пока сказать не мог. Другим делом был занят.

— Войдите! — крикнул Евсеев своим новым женским голосом. Красивым грудным голосом, если быть точным в деталях.

Между тем дверь отворилась и в пещеру, — или лучше сказать, наверное, в ритуальный зал, — вошел небольшой человечек, одетый так, словно, на дворе пятнадцатый век или около того. Человечек («Ниссе[3], - подсказал «Голос». — «дворовый мужичок»), степенно поклонился в дверях, сделал несколько быстрых шагов вглубь пещеры и затем, остановившись метрах в шести от Евсеева, отвесил ему какой-то особенно уважительный низкий поклон. Ниссе, был невысок, едва ли имея рост более восьмидесяти сантиметров, и при этом довольно стар. Длинная борода и волосы, выбившиеся из-под гномьего колпака, были совершенно седыми, а лицо — морщинистым.

— С возвращением, миледи! — разогнувшись, сказал он низким, никак не соответствующим его росту голосом. — Старый Токи к вашим услугам.

«Миледи? — привычно уже удивился Евсеев. — Токи?»

Токи глава всех домовых ниссе[4].

Кто такие ниссе, Евсеев знал. Не ожидал он, правда, встретиться с ними вживую. И кроме того, его несколько смутило обращение «миледи».

«Моя леди? — предположил он. — В смысле, госпожа или это мой титул?»

Титул.

— Токи, — сказал он вслух, предполагая, что девушка, в которую он превратился, знает, наверное, всех своих слуг или, как минимум, тех, с кем постоянно взаимодействует, — я неважно себя чувствую. В голове туман и я…

— Вы растеряны, миледи! — снова поклонился ей старичок. — В свитке указано, что это нормально после выхода из комы.

«Кома? Серьезно? — Это действительно было странно. Людей в коме обычно не укладывают на алтарь. — Или это был ритуал вывода из комы?»

— Что именно, нормально? — спросил он старичка, просто чтобы не молчать.

— Прошу прощения, миледи, — тяжело вздохнул ниссе, — но я не знаю ответов на многие вопросы. Давайте, я прежде перенесу вас в ваши апартаменты. Гейра приготовит вам ванну, а Ката одежду, и тогда, но только после того, как вы съедите свой ужин, я принесу вам свиток и манускрипт. Вы же их, наверняка, никогда не читали.

Говорил «домовый мужичок» степенно и крайне грамотно. Уважительно, но в то же время настойчиво, словно бы имел на это право. И еще один немаловажный момент. Ниссе говорил с Евсеевым на древнескандинавском языке, на котором в XI–XII веках говорили викинги, варяги и прочие норманны. Евсеев этот язык знал в его письменном варианте и никогда в жизни на нем не говорил. А сейчас они с Токи общались на этом давным-давно вымершем языке довольно-таки свободно. Как будто, так и надо.

«Чудны дела твои, Господи!»

— Хорошо, — сказал он вслух. — Будь по-твоему! Ванна, одежда, ужин…

«Потанцуем!»

Вообще-то, насколько мог вспомнить Евсеев, домашние духи передвигались по дому и подворью скорее по-человечески, — то есть, ножками, — чем как-нибудь иначе. Большей частью, невидимы, но вполне человечны. И уж, тем более, в отличие от домовых эльфов госпожи Роулинг, не умели телепортировать своих хозяев. Но это в теории. На практике же, Токи, неизвестно как оказавшийся вдруг рядом с Евсеевым, ухватился за его руку, и в следующее мгновение Борис Евгеньевич оказался в просторной, богато и со вкусом декорированной спальне образца, — на вскидку, — середины XVIII столетия. В общем, отсылка была прозрачной, как родниковая вода: Галантный век, но никак не XII.

«Любопытно!» — отметил про себя Евсеев, рассматривая просторную комнату, показавшуюся ему сейчас смутно знакомой. Но долго заниматься исследованием личных покоев леди Анны у него не получилось. Перед ним уже выстроились в ряд несколько бодрых старичков и благообразных старушек, явно относившихся к тому же племени, что и принесший его сюда Токи.

Трюг… — «опознал» их Борис Евгеньевич. — Гёт… Гейра… Ньяль и Ката[5]

— Ну, здравствуйте, что ли! — поздоровался Евсеев, и все делегаты тут же склонились перед ним в низком поклоне.

— Миледи!

— Леди Анна!

— Моя госпожа!

— Ванна готова, миледи! — объявила, разогнувшись, милая старушка. — Извольте следовать за своей верной Гейрой, леди Анна.

— Веди! — согласился Евсеев и через минуту оказался в примыкающей к спальне ванной комнате.

«Люблю это скромное обаяние буржуазии», — усмехнулся Евсеев, рассмотрев внутреннее убранство и техническое оснащение санузла для богатых. Огромное помещение, в котором легко поместилась бы двухкомнатная квартира в одной из питерских хрущоб. Мрамор, метлахская плитка, бронза, — а может быть, и золото, — зеркала и все прочее в том же духе, включая массивную медную ванну на львиных ножках. И при этом совершенно нормальные, то есть современные унитаз, биде и душевая кабинка в одном углу помещения и туалетный столик-трюмо с полукреслом — в другом.


Скачать книгу "Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия)" - Макс Мах бесплатно


100
10
Оцени книгу:
0 0
Комментарии
Минимальная длина комментария - 7 знаков.
Книжка.орг » Попаданцы » Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия)
Внимание