Фанты, или Пока мы молоды
![Фанты, или Пока мы молоды](/uploads/covers/2024-01-23/fanty-ili-poka-my-molody-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Some An
- Жанр: Романтическое фэнтези
Читать книгу "Фанты, или Пока мы молоды"
Глава 17
Следующие две недели в «Ливинге» были довольно странными и напряженными. Все будто бы пытались заново «притереться» друг к другу, на этаже почти не заводилось разговоров о личной жизни, а в кафе не собиралось отныне по сомнительным поводам больше трех человек.
Роскоз в новых условиях стал еще более внимательным начальником, его политика слегка ужесточилась. Но его не могла не радовать — на фоне всех сложностей — успешность работы почти сохранившегося в целостности коллектива. Генри умел ругать, но не разучился и хвалить, а основания для пряников все еще имелись.
Гермиона и Мелания не подавали виду, но невольно, незаметно наблюдали друг за другом, регулярно интересовались, нужна ли помощь в работе. Грейнджер успокаивало, что Мел приходила в норму и к ней постепенно возвращались прежние красота и свежесть. На возобновление отношений в самой обаятельной паре мало кто надеялся, а в этом для Гермионы было что-то личное.
Джоанна не спрашивала у нее, что она собиралась делать с Драко. Судя по первой реакции на его увольнение, Гермиона смирилась; более того, она, очевидно, посчитала это наилучшим исходом и теперь с невозмутимым видом помогала Роскозу подыскивать новых кандидатов на единственную освободившуюся вакансию.
Гермиона действительно так считала. Но только до поры до времени.
* * *
— Лили, что у тебя?
Вонт с готовностью встала, взмахом палочки разложила на длинном столе пергаменты и принялась отчитываться.
— Марк, мальчик с тяжелой драконьей болезнью, получил на свой счет 75 галлеонов. Этого недостаточно. Деньги в большей степени перечисляются на магические исследования и строительство, мы все это заметили...
Роскоз оглядел сотрудников, некоторые из них согласно кивали. Все-таки в замене сплетен на разговоры о работе была очевидная польза.
— Куда направлено большинство средств?
— Среди моих проектов — на усовершенствование береговых спасательных пунктов, — ответила Лили.
Роскоз задумался, а Дерек поспешил заметить:
— Это тоже важно. Три утонувших волшебника за последний месяц, а Министерство не считает нужным перераспределять расходы. Все уходит на борьбу с преступностью.
— В Министерстве напуганы, потому что убийства совершаются бывшими Пожирателями, которых признали душевнобольными, а сейчас они сбежали из Мунго.
Все взглянули на Гермиону, спокойно провозгласившую этот факт, и согласно промолчали.
— Да, — вернулась в разговор Лили, — но мальчик умирает. Нужны редкие ингредиенты, которые выращивают в тепличных условиях десятилетиями. А в Мунго еще трое с подозрением на болезнь.
Генри выслушал всех и спросил:
— Кто отправил средства для спасательных пунктов?
Лили призвала один из пергаментов:
— Сто галлеонов от «Шэрон Индастри», они занимаются купальными костюмами, это вроде как маркетинговый ход. Триста галлеонов от Дотта. Он был первым, кто начал бить тревогу по поводу увеличения количества утопленников. — Лили приостановилась, слегка нахмурилась. — Четыреста галлеонов от Малфоев.
Роскоз приподнял брови, будто удивился неловкой паузе, поглотившей зал совещаний.
— Почему? — спросил он как ни в чем не бывало.
Вонт замялась.
— Мистер Малфой не сообщал мне причину.
Генри чуть улыбнулся и приготовился дать Лили задание, но Гермиона перебила:
— Мистер Роскоз, позвольте, я поговорю с мистером Малфоем.
Начальник невольно выдохнул и перевел на нее проницательный взгляд.
— Гермиона, думаю, Лили справится со своей работой.
Именно в этот момент Гермиона осознала, что все две недели всего лишь ждала удобного момента.
Она часто была с собой не до конца честна, но сейчас дело даже не в этом. Гермиона старалась не думать о Малфое, но иногда не могла противостоять сомнениям, пробирающимся в сознание, хоть и пыталась зарыться в бумагах и загрузить себя домашней работой.
Сначала Грейнджер считала, что Драко совершил почти благородный поступок. Он, в конце концов, сделал все так, как она просила. Потом проходило немного времени, Гермиона ложилась спать, и в ней горькой волной пробуждалась злость на Малфоя, еще большая, чем могла бы быть по окончании спектакля Джека, потому что между ними так и не состоялся разговор.
Нечто вроде второго «я», правда, подсказывало ей, что в письме Малфой сказал все, что хотел.
И Гермиона долго не могла уснуть, обиженная на Драко или на саму себя, запутавшаяся и почти несчастная.
— И все-таки, позвольте...
Роскоз вопросительно покосился на Лили.
— Ладно, я... Пожалуй, Гермиона сделает это быстрее и лучше. А я займусь зельями от драконьей болезни, — ответила та.
Начальник согласился, но Грейнджер поплатилась за это тем ощущением внимательных взглядов и незаданных скользких вопросов, на которые не ответить даже самому себе.
* * *
— Пойдешь сегодня? — спросила Джоанна, когда Гермиона стояла у своего стола, уставившись на порт-ключ в форме пустой чернильницы.
«Все должно быть официально», — заявил Роскоз, и «Ливингу» пришлось ждать от Малфоя-младшего разрешения на посещение его дома. Точнее, ждать пришлось Гермионе, все остальные просто позволили ей «закончить с этим делом в ближайшие четыре дня».
Она посмотрела на Джо и просто кивнула.
— Ну, удачи… — как-то неуверенно проронила Джоанна.
Чернильница жгла руку, и Грейнджер мучили сомнения: а нужна ли ей эта возможность, которая появилась не так уж случайно и не совсем по воле доброй судьбы. Гермиона сама ухватилась за нее и не могла отпустить.
Стрелка на циферблате наручных часов дрогнула, приближая назначенное для порт-ключа время. Гермиона сделала резкий вдох.
Она очутилась напротив дома и торопливо зашагала к воротам, но в непосредственной близости от них застыла в глубоком ступоре от волнения.
«И что теперь… делать?»
Ворота оказались заперты, а на горизонте не было видно ни хозяина, ни домовика.
«Бежать!» — вдруг раздалось у Гермионы в голове, паническая дрожь охватила тело, и предательски ослабли ноги.
Какого черта она вообще здесь делала?!
Но Роскоз приказал Гермионе выполнить ее работу, раз уж она напросилась — с большим нажимом, чем обычно, и голос начальника в голове заставил ее устоять у ворот, а потом и занести кулак, чтобы постучать по кованым узорам.
Грейнджер считала это странным и делала скорее от безысходности, но через считанные секунды из дома вышел старый знакомый домовик и быстрым шагом направился к ней.
— Мисс Грейнджер! — пропищал он на ходу.
— Здравствуй, Уолти, — ответила Гермиона и благодарно кивнула, шагая в открытые ворота.
Обратной дороги не было, и она настраивала себя, что пришла по работе, а потому не имела права сбегать.
Дверь открылась, и в просторной прихожей ее встретил Драко.
— Какие благотворительные фонды нынче навязчивые, — вместо приветствия протянул он, пока Гермиона мялась у входа. — По домам шастают, порт-ключи изготовляют…
Затем Малфой в приглашающем жесте махнул рукой. Гермиона последовала за Драко, с трудом выдавив вежливую улыбку, которую, впрочем, не смогла удержать надолго.
— Малфой, переведи деньги на другой проект.
Он изогнул бровь и плеснул себе огневиски на дно стакана.
— Разве есть разница, кому жертвовать?
— Есть.
Драко предложил выпить, Гермиона отказалась. Она напряженно держала осанку, как будто боясь коснуться спинки стула, а рукой прикрывала сумку, где лежали документы для перевода средств.
— Ты что, научилась расставлять приоритеты? — Малфой дождался вопросительного и почти оскорбленного взгляда и продолжил: — Всегда бегала, стараясь угодить всем подряд, а сейчас даже домой ко мне заявилась, чтобы отнять у одних и дать другим.
Гермионе было что ответить и о чем поспорить, но она вдруг сказала:
— Драко, я прочитала письмо.
Сердце билось почти болезненно. Стучало в висках, и руки так сильно сжимали ни в чем не повинную сумку, что побелели костяшки пальцев.
Гермиона не хотела больше притворяться. Ей показалось, что если она не скажет это сейчас, то они просто закончат разговор о благотворительности, возможность так и останется неиспользованной, а слова — непроизнесенными.
— Если ты нашла там грамматические ошибки, прошу прощения. Очень спешил, — произнес Драко почти невозмутимо.
И внутри у Грейнджер все задрожало.
— Это я допустила ошибку. И ты — только не в письме.
Гермиона замерла, потому что Малфой обернулся и посмотрел на нее так, что ее прожгло от макушки до пят.
— Мне жаль, что с нами произошло… все это, — шептала Гермиона, неожиданно для себя замечая, что на глаза наворачиваются слезы. — Я так устала и просто хочу спокойствия и уюта в собственной душе. А недавно я поняла, что без тебя ничего не будет.
Как раз в тот момент, когда, казалось, Малфой решился что-то сказать, сверху послышалось:
— Драко, я нашла их.
Гермиона вскинула голову и с ужасом осознала, что наверху стоит Астория. В дорожной мантии, с аккуратной прической, она остановилась посередине лестницы, что позволяло смотреть на Грейнджер сверху вниз.
— Что ты искала?
Не сводя с Гермионы взгляд, Астория подняла руку и продемонстрировала ее для Драко.
— Перчатки.
Малфой хотел бы отвлечь — только кого из них, он не успел решить, — но сделать ничего уже не мог, и в комнате наконец повисла гудящая тишина.
«Гермиона не простит себя… в этом основная проблема».
Гринграсс-Малфой тоже не собиралась ее прощать.
— Мисс Грейнджер, вы здесь по работе?
Напрасные ожидания и пустые надежды навязчиво выбирались из глубины души. Они демонстрировали свою неприглядную наружность и могли гордиться, что наконец лишили Гермиону воли к жизни и веры в то, что вообще на свете оставалось что-то живое. Ведь она так давно не притрагивалась к листьям деревьев, или к божьим коровкам, или к соседскому котенку — сейчас ее охватила непреодолимая иллюзия, что все давно стало пластмассовым или деревянным и просто притворялось чувствующим и дышащим, как делала и сама Гермиона.
Она сидела в чужой гостиной, рядом с какой-то супружеской парой, подрагивающим в дверях домовиком и, должно быть, искусственным снегом за окном.
— По работе, — выдавила Грейнджер. — И скоро ухожу.
Как в тумане, Гермиона уловила довольную улыбку на лице Астории, нервное движение Драко. Она отвернулась и вдруг услышала:
— Знаете, мы ведь недавно виделись с вашим… бывшим молодым человеком.
Сознание противилось воспринимать что-либо вообще, тем более — подобные слова. Медленно и неуверенно Гермиона снова посмотрела на Асторию. Гринграсс-Малфой спускалась дальше по лестнице, придерживая одной рукой полы мантии и с маниакальным наслаждением затягивая время.
— С Роном?
Астория кивнула, остановившись наконец внизу, на одном уровне с Гермионой, глядя ей прямо в глаза.
— Случайность… Но какая — согласитесь!
— Астория, ты еще что-то… ищешь?
Драко чуть заметно запнулся, когда жена поцеловала его в щеку. Гермионе словно дали под дых, но даже бдительный домовик, следивший за гостьей, не понял бы, что ей так больно и горько.