Топить в вине бушующее пламя печали 2.0
![Топить в вине бушующее пламя печали 2.0](/uploads/covers/2024-01-29/topit-v-vine-bushuyushhee-plamya-pechali-20-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Priest P大
- Жанр: Боевая фантастика
- Дата выхода: 2020
Читать книгу "Топить в вине бушующее пламя печали 2.0"
Глава 130
— Директор Сяо! — заключил директор Хуан и с силой хлопнул его по спине, после чего направился к дверям.
В недрах горы Бицюань Шэн Линъюань внезапно ощутил удар. Невидимая сила толкнула его назад, и на теле, от ключицы до груди, появилась длинная рана, из которой тут же хлынула кровь, забрызгав находившегося поблизости Сюань Цзи.
— Линъюань! — напрочь забыв о последствиях, Сюань Цзи ринулся вперед и подхватил Его Величество. Только теперь он заметил, что рана Шэн Линъюаня сияла до боли знакомым серебристым светом. — Мифрил?
Откуда в такой дыре взялась мифриловая пуля?
Шэн Линъюань нахмурился, коснулся пальцами кожи и попробовал кровь на вкус:
— Это Янь Цюшань.
— А? Янь Цюшань?
— Искусство ковки золота. Я совсем о нем забыл.
Искусство ковки золота увидело свет тысячи лет назад. Если бы не случайная находка Янь Цюшаня, Шэн Линъюань ни за что бы о нем не вспомнил. В тот год, когда он отказался от этой техники, в его душе не было ничего, кроме ненависти и отчаяния. А чтобы никто другой не смог воспользоваться этим знанием, Шэн Линъюань наложил на него смертельное проклятие... Однако изначально искусства ковки золота было его наследием. Наследием, созданным для защиты людей.
Когда-то он боялся, что настанет день, и он больше не сможет защищать дух меча. Тогда он всецело посвятил себя искусству ковки золота и постоянному самосовершенствованию, чтобы однажды создать «доспехи», что будут оберегать дух меча до конца времен. Суть в том, что, если тот, кто завладеет его наследием, будет смертельно ранен, Шэн Линъюань, как «защитник», примет весь удар на себя... Но в прошлом, искусство ковки золота подчинялось «законам небес» и не могло навредить своему создателю.
Лишь теперь, когда темная энергия Шэн Линъюаня ослабла и Его Величество приблизился к смертным, искусство ковки золота, наконец, выполнило свою задачу.
Вместе с пролитой кровью вернулась и ментальная связь. Не тратя время на разговоры, Сюань Цзи решил самостоятельно разобраться в происходящем. Это было странное и очень непростое чувство. Он не испытывал неприязни, напротив, это было нечто... похожее на любовное письмо. Прошли годы, и оба, адресат и отправитель, совсем позабыли о нем, и каждый испытывал неловкость при мысли о том, чтобы забрать это письмо себе. Со временем оно превратилось в своеобразную, но очень дорогую реликвию, и было бы неудобно теперь возвращать его.
Одновременно с этим он чувствовал вину Янь Цюшаня, ведь тот, кому было адресовано это «любовное письмо», был единственным, кто встал между ним и смертельным оружием. Это несчастный клочок бумаги теперь казался ядовитым, как анчар. Если бы не везение Янь Цюшаня, этот случай обернулся бы непредумышленным убийством, но вот его «заместитель», Шэн Линъюань, определенно заслужил мифриловую пулю!
Сюань Цзи не мигая смотрел на рану Шэн Линъюаня. Его сердце разрывалось от боли, терзаемое ревностью, обидой и угрызениями совести. Мысли спутались, он никак не мог понять, что именно чувствует и каковы эти эмоции на вкус, но сейчас Сюань Цзи нестерпимо хотелось кое-кого укусить.
Казалось, у него не осталось ни стыда, ни совести. Как глубоко он прятался раньше, и каким прямолинейным стал сейчас.
— Это... — наконец, отозвался Шэн Линъюань. Его Величество недоуменно посмотрел на Сюань Цзи и зажал рану рукой, — этот «мифрил», разве он не ваше оружие? Кто мог выстрелить им в Янь Цюшаня?
Сюань Цзи тут же пришел в себя и начал смутно догадываться о произошедшем.
Ревербераторы создавали «резонанс», способный превратить все людские обиды в камни, падающие на печать Чиюань. Но оперативников Управления непросто вывести из себя, да и людей, ставших свидетелями аномальных событий, не так уж и много.
Этот мир принадлежит обычным смертным, и пусть носители особых способностей редки, как перо феникса и рог единорога, они способны постоять за себя. Им не о чем беспокоиться. Если обе стороны равны, никто не станет действовать опрометчиво. И, несмотря на все сомнения и предубеждения, их в лучшем случае ждет словесная война, которой, однако, недостаточно для крупного конфликта. Со временем, когда все утихнет, и люди и «особенные» смогут отыскать способ безопасного сосуществования. Но как же тогда запоют те, кто за всем этим стоит?
Для разжигания настоящего конфликта необходимо разрушить этот «шаткий» баланс. Дать обычным людям понять, что даже с «особенными» можно справиться, отнять у «особенных» покой, заставить их паниковать.
— Плохо дело, — нахмурился Сюань Цзи. — Кто-то «слил» людям секрет мифрила, реагирующего на особые способности. Не обернется ли это еще большими ограничениями?
Например, мифриловые технологии станут частью «проверки безопасности», чтобы запретить «особенным» вход в общественные места. Это приведет к дискриминации, преследованию, сопротивлению и обострению конфликтов. Порочный круг.
Это накинет петлю и на обычных людей, и на носителей особых способностей.
Если только Управление по контролю за аномалиями не найдет способ вырваться из нее. У них есть час и только два возможных варианта: либо они принудительно надевают на всех людей защиту, либо находят Ло Цуйцуя и избавляются от тех, кто за всем этим стоит.
Два параллельных пути, у которых нет ни шанса на сближение. Поистине невыполнимая задача.
Ло Цуйцуй пропал без вести, фальшивый король демонов поглотил трех Бедствий, а единственные, кто еще способен сражаться, застряли в какой-то дыре!
— Похоже, они использовали кости Чжу-Цюэ, чтобы заманить нас в ловушку. Нам нужно... — начал было Сюань Цзи.
Но не успел он сказать «убираться отсюда как можно скорее», как в его голове раздался голос Шэн Линъюаня, и оба тут же отшатнулись назад. Прямо на их глазах кровь Его Величества заструилась сквозь заросли золотистого сциндапсуса, заливая похороненные под ним белые кости.
И правда, у врагов, что ни путь — то узкая дорожка.
Будучи обладателем части сил Чиюань, великий демон небес, сам того не ведая, «спровоцировал» последнего адского стража из клана Чжу-Цюэ.
Древние кости «затрепетали от гнева». Обвитая вокруг них толстая лоза пошла волнами, взвилась вверх и, минуя Сюань Цзи, устремилась к Шэн Линъюаню. Подняв «добычу» в воздух, лоза натянулась, словно пружина, и приготовилась к удару. Шэн Линъюаню негде было прятаться. Он вырвался, отскочил в сторону и поспешно вскарабкался на бронзовый треножник.
Земля содрогнулась, осколки камней водопадами покатились вниз, и из зияющей пропасти послышался рокот. Казалось, в нем смешались и рев зверей, и крики гигантских птиц.
Сюань Цзи больше не мог управлять огнем, но он мог стать мечом. Превратившись в огромный клинок, он упал рядом с Шэн Линъюанем. Шэн Линъюань тут же подхватил его и с размаху разрубил назойливую лозу.
Однако ко всеобщему разочарованию, на месте старой тут же появилась новая.
Благодаря восстановившейся ментальной связи, Сюань Цзи услышал, как Его Величество пожаловался: «Почему ты такой тяжелый?»
Но ему нечего было на это ответить.
Убив Дань Ли, Шэн Линъюань почувствовал, что сковывавшие его оковы пали, и, вероятно, полностью сосредоточился на бытие демоном. Он вырвал свое сердце и навсегда позабыл о тренировках. В юности Его Величество постоянно упражнялся с мечом, он рано вставал и полжизни провел в суете и спешке. Кто бы мог подумать, что настанет день, когда его силу запечатают, и меч превратится в неподъемную ношу!
Он был живым примером того, как прилежный ученик деградировал вместе со своим окружением.
С другой стороны, Сюань Цзи почувствовал облегчение, ведь это означало, что у Его Величества больше никогда не было других мечей.
Клинок ощутимо тянул вниз. Шэн Линъюань только-только обрел сердце и еще не научился взаимодействовать со своим организмом. После нескольких ударов он немного запыхался.
Радовало лишь то, что ему не нужно было шевелить губами, чтобы поговорить с Сюань Цзи.
«Есть у меня одна мысль, — меч доставлял ему немало трудностей, но в душе Шэн Линъюань оставался таким же спокойным, — о жене вашего директора... О том, почему как она погибла».
«И почему?» — тут же подумал Сюань Цзи.
Доктор Хань была специалистом из класса духовной энергии. Она обучалась у Шань Линь и являлась ее преемницей. Наблюдая за Чиюань, она хотела изучить связь между ним и «кровеносной системой земли», отыскать око, обезвредить его и, тем самым, сэкономить кучу времени «Баоюй». А значит, она была хорошо знакома с Шань Лин и ее методами работы с «кровеносной системой земли».
«Алтарь Чиюань, — отозвался Сюань Цзи. — когда я ушел, алтарь ненадолго открыл свои «двери», и «кровеносные системы земли», должно быть, среагировали на это. Наверное, она что-то обнаружила. Кстати, ты случайно не знаешь, что такое использовал Ло Цуйцуй, чтобы объединить все растения в мире и превратить их в средства массового вещания?»
Растения тоже произрастают из земли. С древних времен цветочные демоны и духи трав были тесно связаны с «кровеносной системой земли». Неужели те, кто стоит за школой Истинного Учения, избрали Ло Цуйцуя именно из-за этого?
«Я хочу кое-что попробовать, — в море знаний Сюань Цзи вновь раздался голос Шэн Линъюаня. — Цинпин... В этом вашем Управлении полно смертных, почти утративших свои корни. Как думаешь, на них можно положиться?»
Сюань Цзи уже знал, что он задумал:
«Нет, ты не хочешь! Подожди...»
Но к превеликому сожалению, в критический момент Его Величество предпочитал действовать самостоятельно.
Не успел Сюань Цзи договорить, как Шэн Линъюань поднял меч и приставил лезвие к запястью.
Как безжалостно он рубил этим клинком зеленые лозы, также безжалостно он резанул и себя. Сюань Цзи увидел белые кости, меч рухнул на зеленый ковер, и кровь из поврежденной артерии хлынула во все стороны.
«Шэн Линъюань!»
«Не кричи. У меня не было выхода»
Шэн Линъюань, казалось, моментально забыл о ране, которую сам же себе нанес. Даже несмотря на связь, Сюань Цзи «слышал» только свои «ощущения». Он ничего больше не чувствовал.
Будто это просто игра воображения.
Кровь стекала по стенкам бронзового треножника, и он, казалось, откликался на доносившийся из пропасти гул, излучая слабый холодный свет. Кости Чжу-Цюэ заскрипели, огонь осветил непроглядную тьму, и в пещере на мгновение стало светло, как днем.
Откуда ни возьмись, донеслась мелодия ревербератора, и звуки, неслышимые для обычных людей, слились воедино, горным потоком захлестнув мысли и чувства.
В этот самый момент яростный крик Сюань Цзи сотрясал море сознания Шэн Линъюаня: «Я с тобой развожусь!»
«Не спеши», — спокойно бросил Шэн Линъюань. Обмакнув пальцы в рану, он обозначил на треножнике восемь разных точек, ровно в тех местах, где некогда были отверстия от длинных гвоздей, которыми прибили юного принца. Накормленный кровью демона небес, жертвенный треножник тут же окрасился в черный. Сквозь зеленые лозы сциндапсуса кровь достигла костей последней Чжу-Цюэ.