Топить в вине бушующее пламя печали 2.0
![Топить в вине бушующее пламя печали 2.0](/uploads/covers/2024-01-29/topit-v-vine-bushuyushhee-plamya-pechali-20-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Priest P大
- Жанр: Боевая фантастика
- Дата выхода: 2020
Читать книгу "Топить в вине бушующее пламя печали 2.0"
Глава 32
— Он... — ход мыслей Сюань Цзи тут же переменился. У него появилась идея, и слова сами собой слетели с его губ. — Дух меча.
Из-за сильной перегрузки Сюань Цзи, в конце концов, «потерпел крушение», попутно собрав на свои крылья целую кучу искусственных веток и листьев. Команда, наконец, приземлилась, и это была в высшей степени «жесткая» посадка. Они не только снесли несколько каменных плит, но еще и прокатились по земле.
Императоры и князья, генералы и сановники1, талантливый юноша и красивая девушка2, все они превратились в единый клубок.
1 帝王将相 (dìwáng jiàngxiàng) императоры и князья, генералы и сановники (министры).
2 才子佳人 (cáizǐjiārén) талантливый молодой человек и красавица девушка (обр. в знач.: достойная пара).
— Мой мобильный! Мой новый телефон сломан!
— Где ключи от машины? Быстро найдите их, она служебная.
— Кто повесил на брелок для ключей железное ядро? Ты что, больной? Эта штука может с легкостью проломить кому-нибудь череп. В… Ваше… Ваше Величество, почему ваши волосы снова спутались?
Сделанный из листьев халат Шэн Линъюаня порвался, зацепившись за «молнию» на одежде Пин Цяньжу, и теперь почти ничего не прикрывал. К счастью, дюжина зеленых листьев сциндапсуса Ло Цуйцуя с трудом, но сумели ему помочь. Его длинные волосы жутко мешались Сюань Цзи и, запутавшись, завязались сложным китайским узлом на его крыльях. В итоге, одно крыло стало невозможно отвести назад, а другое нельзя было раскрыть.
Похоже, Его Величество окончательно вышел из себя. Одетый в экологически чистую одежду, словно посол организации по охране окружающей среды, он уселся на землю и, с ничего не выражающим лицом, стал ждать, когда Сюань Цзи отпустит его, перепачканные после взрыва, волосы.
Огромная энергия мифриловой пушки столкнулась с бушующим огнем. По всему горному хребту прокатился ужасный треск, спровоцировав локальное землетрясение.
После землетрясения половина склона, на котором находился алтарь, соскользнула вниз. Бесчисленные белые кости оказались стерты в порошок, смешавшись с остатками изящных колонн и каменных балок. Вой ветра наполнился пронзительными криками и плачем.
Иллюзия, окружавшая гору, была разрушена. Покрытые фальшивыми листьями деревья разлетелись на куски, рухнув прямо на головы небольшой команды. Все бросились врассыпную, кроме Сюань Цзи, что так и не смог отпустить Шэн Линъюаня. Юноша поспешно расправил крылья и накрыл их обоих.
Как только все стихло, Сюань Цзи услышал множество звуков, переполнявших сердце Шэн Линъюаня. Он никак не мог понять их содержание. Казалось, Шэн Линъюань изо всех сил старался подавить мириады запутанных3 мыслей. В его обнажившемся сознании можно было различить лишь, как он монотонно что-то подсчитывал.
3 千头万绪 (qiāntóu wànxù) на тысячу концов десять тысяч нитей (обр. в знач.: крайне запутанный, многосложный).
Когда Сюань Цзи укрыл их, Его Величество, так и не освободивший свои волосы, резко повернул голову. Они едва не столкнулись друг с другом.
Губы Шэн Линъюаня были сухими, бледными и почти прозрачными. Перемазанные кровью, они напомнили юноше древнюю легенду о «русалочьих фонарях». Акулий жир топили на огне, получая полупрозрачное масло. Его заливали в лампы, и безжизненный холодный огонек фитиля отражался в этой субстанции. Говорили, что оно может гореть десятки тысяч лет.
Эти двое были связаны, и мысли Сюань Цзи просто текли вперед, одна за другой. Шэн Линъюань почувствовал это. Богатством Его Величества всегда были слова, позволявшие ему держать под контролем людей, но сейчас ему просто нечего было ответить. Все, что ему оставалось, это лишь вытереть кровь с подбородка.
Неловко…
Сюань Цзи быстро отвел взгляд.
— Эта поза слишком неудобная… Что-то в глаз попало.
Шэн Линъюань сделал паузу, и, сложив пальцы вместе, как ножом срезал ладонью прядь волос, обмотанную вокруг Сюань Цзи.
Сюань Цзи расправил крылья и слегка откинулся назад. Между тем, он не мог не подумать: «Разве тело человека — это не подарок его родителей? Разве предки не запрещали отрезать волосы?»
Слово «родители» отозвалось в сердце Шэн Линъюаня, вызвав смутную усмешку, а затем все вновь утонуло в мощном самоконтроле.
В этот момент вибрация прекратилась.
Шэн Линъюань поднял руку и отвел крыло Сюань Цзи в сторону. Фальшивые деревья разметало по округе, и он, наконец, смог разглядеть алтарь. Хотя он и не знал, кто это сделал, но случайный взрыв, устроенный прячущимися в темноте крысами, оказался не таким уж бесполезным.
По крайней мере, с падением алтаря все опасные заклинания, хранившиеся внутри него, тоже оказались уничтожены.
Чжан Чжао изо всех сил пытался выбраться и, все еще не придя в себя от испуга, первым нарушил молчание:
— Директор Сюань, что было захоронено у подножия горы?
Выжившие в катастрофе переглянулись. Сюань Цзи посмотрел на Шэн Линъюаня и подумал, стоит ли рассказывать им о клане шаманов.
Он знал, что Шэн Линъюань может его слышать и видеть, но собеседник не отвечал. Он все еще медленно считал. Число достигало уже более тринадцати тысяч.
Но Сюань Цзи был истинным гением. Даже будучи ошеломленным, он немедленно среагировал. «Безразличное» отношение Шэн Линъюаня следовало рассматривать как уступчивость. У него даже возникло чувство, что Шэн Линъюань хотел сделать историю Дунчуаня и клана шаманов достоянием общественности. Иначе ему вряд ли позволили бы увидеть воспоминания Алоцзиня.
Этот выдающийся человек был непоколебим. Если бы он не хотел раскрывать эту тайну, он бы устранил его как свидетеля еще в кургане.
Но в таком случае, почему клан шаманов был стерт из анналов истории?
Вдруг, Чжан Чжао указал на Ян Чао.
— А он в порядке? Он так горько плакал. Что с тобой случилось, братишка?
— Я не знаю... — полуживой Ян Чао лежал на земле. Его дыхание было очень слабым, и он едва выдавил из себя эту фразу. — Мне так тяжело на душе… плохо…
— Дамы и господа, у меня на уме сейчас тоже «сто тысяч почему»4, но я чувствую, что нам следует отложить все это до лучших времен. Мы должны вернуться. Обсудим все позже. — Ван Цзэ снял пылающее перо со своей головы. — Птица… Директор Сюань? Это ваш подозреваемый?
4 十万个为什么 (shíwàn gè wèishénme) «Сто тысяч почему» (познавательная энциклопедия).
Он потянулся к Шэн Линъюаню, но, как только тот поднял глаза и посмотрел на него, Ван Цзэ по необъяснимой причине вздрогнул и непроизвольно сжал руку.
Шэн Линъюань, который только что досчитал до четырнадцати тысяч, прервался на мгновение и подумал: «Карп».
Сюань Цзи промолчал.
Кто бы мог представить себе, что у этого, крепкого, как арканный шест, парня такая счастливая родословная.
— Нет, это не он. Произошел несчастный случай, подозреваемый скончался. Скажем так, это долгая история. — Сюань Цзи махнул рукой, затем повернул голову и посмотрел на Шэн Линъюаня. — Он…
Шэн Линъюань со спокойной улыбкой наблюдал за настороженными Пин Цяньжу и Гу Юэси.
Его тело было едва прикрыто одеждой из увядших лоз, и зелеными листьями сциндапсуса. Однако, глядя на него создавалось впечатление, будто на молодом человеке надета тиара императора и парадный халат. От него исходила аура командующего Цзючжоу.
Сюань Цзи вдруг снова вспомнил о молниях, бушевавших на крыше больницы, о распространившихся повсюду жертвенных письменах. Люди были в ужасе, но ему было все равно. Он сказал: «При жизни мы никогда не жаловали оковы». Этот человек охотнее остался бы без тела, чем пошел бы на компромисс.
Он не заботится о том, чтобы другие уважали и боялись его.
— Он... — ход мыслей Сюань Цзи тут же переменился. У него появилась идея, и слова сами собой слетели с его губ. — Дух меча.
Шэн Линъюань удивленно посмотрел на юношу.
Услышав фразу «дух меча», трое оперативников «Фэншэнь» вздрогнули и во все глаза уставились на него.
— Дух меча. — Сюань Цзи собрал из разрозненных фактов сносную ложь и повернулся к Гу Юэси. — Видишь, сейчас у меня с собой нет клинка. Он достался мне от моей семьи. Именно этого красавца вы и видели в госпитале Чиюань! Это настоящий антиквариат. Однажды, когда я не мог открыть котелок5, я даже хотел продать его в интернете. Но, неожиданно, в Чиюань мне пришлось повстречаться с темным жертвоприношением. Этого оказалось слишком много для солдата, всю жизнь сражающегося на передовой. Не знаю, какая мощь была у восьмидесяти с лишним раскатов грома, но после этого мой старинный меч обрел собственный дух.
5 揭不开锅 (jiēbukāiguō) невозможно поднять крышку котла, не открыть котелка (обр. в знач.: нечего есть; полная нищета; хоть шаром покати).
Все окружавшие его люди разом лишились дара речи.
— О, не стоит об этом. — Сюань Цзи знал, что командир второго отряда Гу Юэси, вероятно, что-то видела, но совершенно этого не боялся. В конце концов, тот, кого они встретили в Чиюань не был тем же самым человеком, что и Его Величество. Юноша вздохнул и тут же сказал. — Вы посчитали его чем-то ужасным, потому он вынужден был взять на себя роль великого дьявола и покорно принять гнев небес. Даже не знаю, кто больше перепугался.
Шэн Линъюань с большим интересом посмотрел на него и мысленно произнес: «Почему ты покрываешь меня?»
«Ш-ш-ш, — Сюань Цзи быстро переглянулся с ним. — Вы не боитесь оказаться запертым в лаборатории под круглосуточным наблюдением? А еще я всерьез опасаюсь, что вы убьете меня. Сотрудничайте со мной и не создавайте проблем».
Спустя три тысячи лет владыка людей вновь вернулся к жизни. Но он все еще оставался демоном. Если бы хоть одна из этих двух вещей стала достоянием общественности, этого было бы достаточно, чтобы все погрузилось в хаос. Это могло бы перевернуть мировоззрение множества людей.
Что Управление по контролю за аномалиями будет делать с таким количеством дестабилизирующих факторов?
Сюань Цзи не знал. И почему-то даже не хотел об этом думать.
Гу Юэси внимательно посмотрела на Шэн Линъюаня, и форма ее зрачков слегка изменилась. Мгновение спустя она уже не знала, что и думать. Женщина выглядела озадаченной, но ее плечи немного расслабились.
— Я… не могу точно сказать, — с некоторым сомнением произнесла Гу Юэси, — но у меча, что я видела у него в госпитале в Чиюань, действительно была такая же аура.
Сказав это, девушка вдруг обнаружила, что все остальные смотрят на нее. Гу Юэси опустила ресницы.
— Я обладаю рентгеновским зрением.
Услышав это, Ло Цуйцуй и Ян Чао были так потрясены, что одновременно прикрыли свои промежности.
— Рентгеновское зрение — это особая способность. — холодно добавила привыкшая к такой реакции Гу Юэси. — Я пользуюсь ею только в случае необходимости.
— Коллеги из отдела логистики никогда не видели мира. Пойми это, ха-ха. Я знаю все об этом духе, — сказал Сюань Цзи. — Особенно в аспекте древней истории. У него в памяти еще много утерянных трюков. К тому же, современный язык еще не слишком ему понятен. Именно этого разбитого вдребезги человека все так и жаждут захватить. Он антиквариат, войдите в положение.