Топить в вине бушующее пламя печали 2.0
![Топить в вине бушующее пламя печали 2.0](/uploads/covers/2024-01-29/topit-v-vine-bushuyushhee-plamya-pechali-20-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Priest P大
- Жанр: Боевая фантастика
- Дата выхода: 2020
Читать книгу "Топить в вине бушующее пламя печали 2.0"
Глава 90
Он был пустым, блуждавшей по земле тенью. Созерцая огонь с противоположного берега, он наблюдал за радостями и печалями этого мира, пока, наконец, не оказался по ту сторону реки. И тогда Шэн Линъюань почувствовал давно забытые холод и боль.
Так называемый «поиск души» отнюдь не выдумка. Это заклинание позволяло заглянуть в сознание другого человека. Но, если человек испытывал стресс, его разум, в большинстве случаев, оказывался пуст. Это было бессмысленной тратой времени. «Поиск души» был своеобразным анти-заклинанием для пустой куклы. Когда марионетка была создана, и заклинатель обретал над ней контроль, появлялась возможность «отследить» его через пустую куклу.
Шэн Линъюань был злодеем, и чужая болтовня не смогла бы его убить. Окончание фразы так и застряло у Чжан Чжао в горле. Даже рентгеновский взгляд Гу Юэси не сумел уловить, что именно поймал Его Величество. А тот, в свою очередь, уже завершил заклинание «поиска души».
Деревянная кукла фыркнула. Ее маленькое тельце залилось светом, превращаясь в подобие миниатюрного проектора. За ее спиной появился человеческий силуэт.
Послышался натужный скрип. Янь Цюшань резко ударил по тормозам и с трудом вырулил на обочину, едва не врезавшись в придорожный супермаркет.
От столь внезапной остановки, не имевших привычки пристегиваться оперативников тряхнуло так, что они едва не превратились в попкорн.
Однако повсюду вокруг «попкорна» творился такой хаос, что жаловаться было некогда.
— Чжичунь?
— Чжичунь!
— Блядь! — хуже всех отреагировал Чжан Чжао. Выхватив секундомер, он в ужасе завопил: — Командир Янь, на помощь! Эй, посмотрите-ка хорошенько, у меня голова не разбита? Похоже, у меня начались галлюцинации!
Но прежде, чем юноша успел «заморозить» время, Шэн Линъюань схватил его за запястье. Тиски вокруг деревянной куклы заметно ослабли.
Руки Янь Цюшаня, казалось, приросли к рулю. С ног до головы покрытый металлической защитой, сейчас он больше всего напоминал реалистичную бронзовую статую.
Он не смел пошевелиться, не смел оглянуться, и не смел взглянуть в зеркало заднего вида.
В этот самый момент, так же, как и Чжан Чжао, он не мог поверить своим глазам. Янь Цюшаню казалось, что у него самого начались галлюцинации.
И эти галлюцинации могли бы стать для него смертельными. Они могли вонзиться в сердце и прочно соединить его с внутренним демоном.
Бушевавшие за окнами автомобиля миазмы, похоже, почувствовали перемену в настроениях пассажиров, и тотчас же загорелись желанием просочиться внутрь.
Шэн Линъюань нахмурился.
— Безобразие.
Связавший Чжичуня черный туман превратился в разъяренного дракона. Один только взмах его хвоста уже был насмешкой над внутренним демоном. Рокот драконьего рева накрыл всех присутствующих, разбудив оставшихся оперативников. У Гу Юэси, отличавшейся самым острым слухом, потемнело в глазах. Еще немного, и у девушки случилось бы сотрясение мозга.
— Девочка, садись за руль, у нас мало времени, — скомандовал Шэн Линъюань.
Пока он говорил, эффект от «поиска души» рассеялся, тень Чжичуня за спиной куклы исчезла, и в машине осталась лишь безмолвная марионетка.
Бледного, как призрак, Янь Цюшаня, поспешно подменила Гу Юэси. Словно чужак, напуганный внезапным возвращением в родные края, он уселся в самом дальнем углу салона. Подальше от всех, подальше от деревянной куклы. Все до единого оперативники «Фэншэнь», и те, кто давно бодрствовал, и те, кто все это время находился в полубессознательном состоянии, были ошарашены. Сбившись в кучу, они выглядели так, будто подверглись психической атаке «десяти тысяч почему». Они казались еще более растерянными, чем те, кто угодил в ловушку миазмов внутреннего демона.
Его Величество чувствовал, что все это неспроста, поэтому и отправил черный туман поймать куклу. Но он и представить себе не мог, что это может обернуться такой проблемой.
Чжичунь — всего лишь меч. Необычный меч. Кто знает, что за великое горе обрушилось на Вэй Юня, когда он решил создать этот клинок. Меч ломался дважды, но дух внутри него, похоже, был бессмертен. Даже Шэн Линъюань никогда не слышал о подобном.
Сжав пальцами пульсирующие виски, Его Величество бросил взгляд на зажатый в руках Чжан Чжао телефон. Отринув все ненужные мысли, молодой человек, наконец, задал интересующий всех вопрос:
— Это ты отправлял те сообщения?
На лице деревянной куклы промелькнуло странное выражение… Кукла потупила взгляд и медленно кивнула.
— Ты утверждаешь, что Вэй Юнь нашел и укрепил раковину тени. Это действительно так? — осведомился Шэн Линъюань.
Будучи не в силах смотреть в глаза старым друзьям, Чжичунь внимательно выслушал вопрос и уклончиво ответил:
— Он всю жизнь любил эту тень. Он долго ломал голову над тем, как защитить ее. Тогда Вэй Юнь создал из раковины артефакт, который, по слухам, был способен остановить Небесное Бедствие. По моим оценкам, она получилась на редкость прочной. Даже прочнее, чем трёхуровневая защита S-класса.
— Нет, подожди. У меня тоже есть вопрос... — вклинился в разговор Чжан Чжао
— Сейчас не время для этого1. Давайте немного поговорим о прошлом, — перебив юношу, Шэн Линъюань вновь обратился к кукле. — Ты так хорошо осведомлен. Может, ты поможешь нам определить точное местоположение раковины?
1 轻重缓急 (qīngzhòng huǎnjí) — мухи отдельно, котлеты отдельно (обр. в знач.: приоритет).
— Хорошо, — просто кивнул Чжичунь.
— Насколько точны твои сведения?
— Трудно сказать, но это должно быть в пределах видимости рентгеновского зрения Гу Юэси, — ответил Чжичунь.
— Хорошо, — эти двое перекидывались фразами, не замечая никого вокруг. Поддерживая куклу черным туманом, Шэн Линъюань передал ее в руки водителя, — показывай ей дорогу.
В этот момент все посторонние проблемы отошли на второй план. Первоначальной задачей сейчас было: отыскать раковину тени и выбраться из сложившейся ситуации.
Чжичунь не стал тратить время на пустую болтовню. Черный туман поднял его в воздух, кукла вытянула руки, стянула со своей маленькой деревянной шеи небольшой кулон и что-то тихо зашептала.
Шэн Линъюань прищурился: это было «золотое слово»2 клана гаошань.
2 炼金语 (liànjīn yǔ) — досл. Алхимический язык, от 炼金 (liànjīn) — выплавить искусственное золото (об алхимии).
Даже несмотря на то, что в закрытом салоне автомобиля не было сквозняков, кулон покачнулся. Из его центра вырвался луч золотистого света.
— Юэси, следуй за светом, — мягко произнес Чжичунь.
Услышав знакомый голос, Гу Юэси почувствовала, как защипало в глазах.
— Не плачь, — холодно бросил страдавший от головной боли Шэн Линъюань. — Это заденет все семь чувств. Если твои глаза будут застланы слезами, как ты увидишь путь?
Чжичунь молча посмотрел на девушку. Казалось, во взгляде деревянной куклы сквозила невысказанная печаль.
— Чжи... Чжичунь, — улучив момент, Чжан Чжао, наконец, собрался с силами и смог выдавить из себя это имя. Он вел себя осторожнее, чем человек, касавшийся оголенного провода. Будто бы любой звук, малейший брызг слюны могли тотчас же превратиться в шипы. — Ты действительно Чжичунь?
Чжичунь моргнул, оглянулся на юношу и натянуто рассмеялся.
— Уже такой взрослый, а у тебя до сих пор лицо в прыщах. Все хорошо.
Чжан Чжао тут же окаменел и с силой потер ладонями щеки.
— Почему?... Почему ты стал таким? Где твое настоящее тело? — вновь заговорил юноша. — Почему ты не вернулся к нам? Зачем нужно было отправлять эти анонимные сообщения? Откуда ты так много знаешь? Почему ты...
Чжичунь вздохнул и мягко прервал его:
— Ты задаешь так много вопросов, на какой из них мне нужно ответить?
Чжан Чжао на мгновение прикусил язык.
— Вэй Юнь был моим отцом, — помолчав, ответил Чжичунь. Он долго раздумывал, выбирая самый безопасный из вопросов. — Нет, это не метафора, нас действительно связывает кровное родство, потому я, пусть и немного, но знаю обо всех артефактах, созданных им при жизни. И я могу ими пользоваться.
— Но разве ты не меч? — опешил Чжан Чжао.
Как между мечом и человеком может быть кровное родство? Каким образом им удалось обойти законы природы?
Не выдержав, Шэн Линъюань поднял глаза и тоже посмотрел на Чжичуня.
Кукла по-человечески поджала губы, не желая говорить об этом, и попыталась перевести разговор в другое русло.
— Не важно, сперва я отведу вас к раковине.
— Нет, это важно! — хором загалдели оперативники «Фэншэнь».
Но Чжичунь упрямо хранил молчание.
— Как ты сейчас себя чувствуешь? Чье тело ты используешь? Можешь ли ты вернуться в свое тело? — вновь затараторил Чжан Чжао.
Чжичунь с минуту колебался, а затем медленно покачал головой:
— У меня нет тела... Точнее сказать, я уже здесь, просто вы не видите меня.
Похоже, его слова задели опасную струну в создании Шэн Линъюаня. Его Величество никак не мог понять, что именно было не так. Каждый раз, стоило ему задуматься об услышанном, как его мысли тут же прерывались сильнейшей головной болью. Руки невольно сжались в кулаки, и его жажда крови стала почти невыносимой.
Гу Юэси тут же почувствовала это. Держа в одной руке руль, а в другой защитное снаряжение, она готова была в любой момент активировать его.
— Что значит: «я уже здесь»?
— Я прямо за тобой... Я только что протянул руку и потряс ею у тебя перед глазами, но ты этого не увидела, — отозвался Чжичунь. — К счастью, у меня есть пустая кукла.
— В каком смысле? — Чжан Чжао напоминал глупую косулю. Он даже не заметил, что с Шэн Линъюанем что-то не так. — Господин, неужели в мире есть вещи, недоступные для взгляда моей сестрицы? Ты можешь помочь ей увидеть?
Шэн Линъюань молчал. Может, все потому, что вокруг него клубился черный туман, но вид молодого человека внушал ужас. Он напоминал живого мертвеца.
— Это бесполезно. Инструментальный дух должен был погибнуть вместе с мечом. Я застрял между жизнью и смертью. Я не умер, потому что я «дух, которому даровали жизнь». Если я не жив и не мертв, меня нельзя увидеть даже сквозь призму рентгеновского зрения.
— Что значит «дух, которому даровали жизнь»?
— Моя мать была одной из ста восьми жертв, ставших в последствии инструментальными духами. Из-за ее красоты гаошаньская знать варварски надругалась над ней. Когда она умирала, я был у нее в утробе, но, по какой-то неизведанной причине, я не последовал за ней. Если бы в тот момент плод оказался достаточно зрелым, я мог бы стать «рожденным в гробу», но у меня не было времени набраться сил. В те дни не существовало «кувезов»3, потому я был не жив и не мертв. Его Высочество Вэй Юнь превратил меня в дух меча, это заменило мне рождение. — Чжичунь спокойно объяснял публике суть «дарованной жизни». — Согласно правилам, «рождение» стоит выше, чем «создание инструмента», потому, будучи духом меча, я смог «пережить» уничтожение клинка. Не знаю, повезло мне, или же я просто проклят... Я все еще в сознании, но я ничего в этом мире не могу коснуться.
3 Кувез (от фр. couveuse «наседка», «инкубатор») — приспособление с автоматической подачей кислорода и с поддержанием оптимальной температуры, в которое помещают недоношенного или заболевшего новорождённого.