Балет - 2: Серебряные крылья
![Балет - 2: Серебряные крылья](/uploads/covers/2024-01-12/balet-2-serebryanye-krylya-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Юлия Буланова
- Жанр: Любовная фантастика / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2020
Читать книгу "Балет - 2: Серебряные крылья"
ГЛАВА 24
О том, что Этери не совсем нормальная, знали все. Но ребята в Миссии старались к недостаткам друг друга относится с пониманием, и на злой язык Этери особо внимания никто не обращал. Тем более ненависть свою она изливала чаще на абстрактных богачей, чем на учеников. И уж никто не мог подумать, что девчонка попытается причинить вред жене директора, которая со всеми была очень милой и вот уже три часа развлекала малышню, хотя совершенно была не обязана этим заниматься.
Но удара не случилось. Аверин буквально схватив воспитанницу за шкирку оттолкнул её в сторону, и более не обращая на нее внимание, бросился к Дане. С пола Этери поднимал Ильдар и в его глазах читалось жгучее желание встряхнуть одноклассницу как следует. Но единственное, что он себе позволил, чуть сильнее сжать предплечье девчонки и сквозь зубы прошипеть: «Ну, ты и дура».
– Что случилось? - спросил Вадим, помогая Диане подняться. – Как ты?
– Нормально.
– Я сейчас вызову врача. Нет, лучше отвезу тебя в больницу.
– Не надо. Всё хорошо.
– Прости меня, – произнес мужчина убито. – Прости.
– За что?
– Я и предположить не мог что для тебя тут может быть опасно. Я сейчас отдам несколько распоряжений и отвезу тебя домой.
– Нет, -- твёрдо произнесла девушка. – И более ни слова о том, что это опасно. На вверенном мне пространстве произошло ЧП, а не трагедия.
– Вирен, ты самая упрямая из всех знакомых мне женщин.
– Спасибо, сэр. Разрешите возвращаться с поставленной задаче?
Вадим улыбнулся и с удивлением обнаружил, что страх, тугим кольцом, сковавший его грудь, постепенно отступает. И он даже решил поддержать игру:
– Сначала доложите о причинах происшествия, курсант Вирэн?
– У этой девушки (ее, кстати, зовут Этери), которую сейчас не слишком бережно придерживает Ильдар, случился нервный срыв. Я так и не поняла на фоне чего. То ли она боялась, что ты её изнасилуешь, то ли наоборот, не изнасилуешь, и она не сможет шантажом заставить тебя жениться на ней. Ну и плюс ко всему она до помрачения рассудка завидует тому, что у меня были богатые родители, брендовой одежде которую они мне покупали, учебному заведению, в которое пристроили и далее по списку
– Я не совсем понял, чему она позавидовала? Ты же сирота и воспитывалась в такой же «Миссии Милосердия», а затем училась по государственной программе поддержки одарённых детей.
– Без комментариев. Вадим ей нужна квалифицированная помощь, причём срочно.
– Вы меня в психушку не отправите, – выкрикнула Этери, яростно вырываясь из железной хватки Ильдара.
Вадим до боли сжал кулаки. Безжалостное: "Отправлю" так и рвалось с его губ. Тем, кто способен ударить, просто вымещая на ком-то свою злость, только там и место. Но перед ним стояла девочка-подросток, возможно, напуганная тем, что сотворила. Поэтому мужчина сделал глубокий вдох, заставляя себя окончательно успокоиться.
– Вам, действительно не помешает помощь врачей и психологов. Но так как моя жена не пострадала, я готов проявить не свойственное мне великодушие. Обычно, я не слишком церемонюсь с теми, кто пытается причинить боль моим близким. Вы отправитель в реабилитационный центр для детей, переживших насилие.
– Не поеду!
– Если откажетесь, я вызову полицию. После этого вас ждет или психическая клиника, или колония для несовершеннолетних. По решению суда.
– Ну, и вызывайте.
– Нарываешься? – рыкнул Ильдар. – Да тебе в психушке самое место.
Девчонка уже даже рот раскрыла, чтобы бросить в лицо разъяренному однокласснику нечто обидное, словно бы не понимая, что он сдерживается из последних сил. Юноша в отличие от директора успокаиваться не собирался и сейчас пылал праведным гневом:
– Ты понимаешь, хоть, что чуть не натворила? Она же ранена была. И еще несколько дней назад ходить почти не могла.
– А знаешь, как эта бедняжка со мной разговаривала? Будто я – пыль под ее ногами.
– Но ударить пыталась не она тебя – ты. И не надо сейчас изображать жертву. Даже если тебя провоцировали, могла бы и сдержаться. Хотя, о чем это я? Ты и сдержаться? Разве такое возможно?
– Ильдар, я, конечно, твое возмущение разделяю, но все же остынь. Это решение должна принять сама Этери.
– Какое? – юноша нахмурился, почувствовав, что потерял нить рассуждения директора.
– Готова ли она, приняв помощь? Возможно, в ее планы не входит учеба и попытка добиться в этой жизни хоть чего-то. Мы живем в либеральном обществе. Право выбирать свою жизнь у нас закреплено в Конституции. Если она хочет сидеть в тюрьме среди тех, кто не способен соблюдать закон, ее дело. Я не стану тратить силы на тех, кто уже решил, что его или ее сиюминутные порывы имеют приоритет перед законом.
– Вадим, – осторожно произнесла Диана, коснувшись плеча мужа. – Не дави.
– Сколько тебе было лет, когда ты решила поступить в Танийскую Академию, – спросил мужчина, переведя на нее усталый взгляд.
– Не помню. Лет в семь, наверное.
– То есть ты в семь лет готова была выбрать собственное призвание и сквозь боль и слезы идти к нему, а она в свои шестнадцать-семнадцать не способна ответить на простой, в сущности вопрос: «Согласна ли она принять помощь и в дальнейшем вести социально-приемлемый образ жизни или же нет»?
Ильдар все же не выдержал и хорошенько встряхнул одноклассницу. Она едва на ногах удержалась, но это помогло. Этери опустила глаза и едва слышно произнесла:
– Согласна.
– Вот и славно. На этом инцидент считаю исчерпанным и предлагаю всем вернуться к своим делам. Дана, я так понял, ты остаешься?
– Да.
– Хорошо. Ильдар, ты…
– Я здесь побуду. Там и без меня найдется, кому малышню плавать учить. Не один же я это умею.
– Спасибо, – мужчина коротко кивнул воспитаннику, и юноша просиял.
– Этери, ты пойдешь со мной и пока не приедет специалист из реабилитационного центра от меня не на шаг. И запомни, разумное поведение – залог твоего будущего. Очень давно, когда я был примерно в твоем возрасте, один из моих преподавателей… литературы, кажется, сказал, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Рекомендую подумать над этой мудрой фразой.
Минут через десять все вернулось на круги своя. Дети, младшие ребята, потеряли к скандалу всяческий интерес и с азартом переключились на игру в салочки. Ученики средних классов обсуждали Этери еще где-то с час, но вскоре эта тема им наскучила. А вот старшие успокоиться никак не могли. Девушек совершенно выбило из равновесия сегодняшнее происшествие. И если раньше они Диану немного дичились, то теперь между ними настоящая зона отчуждения выросла. И с этим нужно было что-то делать.
– Кого научить правильно накладывать макияж? – спросила она нарочито-бодрым голосом.
Старшеклассницы помимо воли вскинули лица к ней. Некоторые даже сделали пару несмелых шагов в сторону жены их нового директора.
– Сам макияж бывает нескольких видов. Для использования каждый день лучше всего подходит неброский дневной. Вечерний более яркий. Свадебный выделяется подчеркнутой романтичностью. Деловой макияж…
Дана воодушевленно что-то лепетала о фактуре, цветах и прочих малопонятных Ильдару вещах. Паренек ее не слушал. Просто сидел на полу в нескольких метрах от нее и смотрел как она жестикулирует, кивает, поощряя вопросы девчонок и любовался, наверное, ее одухотворенной красотой, как любуются картиной.
– Ты у нас в телохранители заделался? – насмешливо спросил Андрей, присаживаясь рядом. Он провел пальцами по коротким рыжим волосам все еще мокрым от воды и бросил на приятеля испытующий взгляд.
– Что-то вроде.
– А зачем, если не секрет? Ты же вроде к начальству никогда не подлизывался.
– Ты не поймешь.
– Ладно тебе, – фыркнул рыжий. – Не совсем же я дурак. И смеяться не буду, даже если скажешь что-нибудь совсем идиотское.
– Для нашей Миссии со дня ее открытия никто не сделал больше, чем Аверин на последние несколько дней. Он Дениса спас. Ведь если бы не его вмешательство, не было бы уже мелкого. Меня из карцера вытащил. С Этери более чем мягко обошелся, хотя я сам готов был придушить ее голыми руками. И при этом слабины не дал.
– Кремень-мужик. А жена его… я думал, светопреставление будет. Но ничего. Обошлось. Она его успокаивать даже пыталась. А еще, мне эта красотка кажется знакомой. Но где я ее видел, вспомнить не могу.
– Андорский театр. Диана Вирэн – единственная, кто выжил в том теракте. В прошлом году по этому поводу СМИ большую шумиху подняли.
– Кажется, было что-то такое. Потом еще писали, что она за какого-то богатея у которого дед – большая шишка, замуж выскочила. Так это что получается? Наш директор не так прост? Круто. Но ты так и не сказал, почему в няньки подвязался?
– Добром за добро отплатить хочу. Я лично у него в долгу. За помощь… мне самому и нам всем.
– Ладно тебе.
– А еще мне стыдно. За то, что допустил нападение на Диану. Аверин ведь действительно много для нас сделал. Хотя о нашем существовании узнал совсем недавно. А мы его как будто бы предали. Ну, сам посуди. Он, чтобы девчонок развлечь позвал свою жену. И вряд ли он мог подумать, что ее здесь может кто-то обидеть.
– Да, уж. Такое ему в голову точно прийти было не должно. Знаешь, как меня Аверин отчитал, в тот день, когда Чаплина выставили? У меня уши потом полдня горели. За то, что я, видите ли с Настей невежливо разговаривал.
– А мы ведь прекрасно понимали, что его жену не просто могут – постараются обидеть. Идиотов везде хватает. В том числе среди нас.
– Ты поэтому сейчас сидишь и ее караулишь? Сомневаюсь, что после истории с Этери кто-то решится жену директора и пальцем тронуть. Всем ясно, второго, покусившегося на его сокровище он не пощадит.
– Лучше не рисковать. Вдруг кто-то из не особо умных решит, что его снова спровоцировали?
– Знаешь, я думаю, ты прав. Без присмотра жену Аверина оставлять нельзя. Мало ли что? Как ты правильно заметил, идиотов хватает везде. Надо нашим сказать, чтобы приглядывали за ней так же, как за мелкими. В конце концом, это меньшее, что мы можем сделать для того, кто хотя бы пытается изменить здесь все к лучшему.