Агентурная разведка. Часть 11 «Дружественный огонь»

Виктор Державин
100
10
(1 голос)
0 0

Аннотация: Продолжение серии «Агентурная разведка». В художественной форме расскажу о повседневной жизни и работе. Не сложно и кратко о корпоративных войнах, интригах на работе и параллельной жизни. В корпоративных войнах есть правила их ведения? Читали о том, как они ведутся в других странах? Не сложно и не много о законах ведения бизнеса в самой передовой экономике мира. О производственных проблемах, о шестерёнках, которые крутят все механизмы в «трудовых коллективах». Не много, совсем в общих чертах о Government Relations. О том, как реально это работало в то время. Не много о людях и их ценностях. О разных людях и разных ценностях. Не только про врага, но и про своих.

Книга добавлена:
26-10-2023, 17:57
0
556
19
Агентурная разведка. Часть 11 «Дружественный огонь»

Читать книгу "Агентурная разведка. Часть 11 «Дружественный огонь»"



Глава 2

По возвращении из отпуска с лёгким сердцем занялся делами своей компании.

За два дня предупредил о совещании Кейси, Сью и Тони. Они должны были заблаговременно направить мне свои соображения о предстоящей реформе по рабочей электронной почте. Но предложений не поступало, и меня это сильно напрягало…

Накануне совещания ко мне в кабинет пожаловала Сью. Повод был очень правильный и обоснованный: она торжественно представила мне оригиналы актов приёмки работ, подписанные со стороны мэрии Буффало, и благодарственное письмо (наподобие грамоты). В общем, всё, что она мне показала, — это уже грамоты. Она могла мне всё это сообщить по электронной почте. Именно так она докладывала об очередных подписанных актах выполненных работ. В конце каждой недели я получал ещё и сводную таблицу с нарастающим итогом. Поэтому ждал от неё чего-то другого. Догадался, что Сью хотела прийти и поговорить со мной.

Обговорили с ней дела в Буффало.

— Сью, у тебя всё?

— Я ещё хотела с тобой поговорить по одному вопросу.

— Какому?

— По этой системе менеджмента качества.

— Завтра совещание, там и обговорим. Сегодня крайний день для подачи своих предложений.

— Виктор, всего не напишешь.

— Ну, тогда говори. Что там не напишешь?

— Получается, что Кейси будет меня контролировать.

— Она мой первый заместитель.

— Это понятно. А ты не мог бы отдел внутреннего аудита и контроля подчинить непосредственно себе?

— Зачем?

— Она не даст мне спокойно работать. И ничего она не забыла и не простила мне. Она очень злопамятная.

— А ты?

— Я отходчивая.

— Чего тебе бояться?

— В данный момент непосредственной угрозы нет.

— Ну, и в чём дело?

— Ты сам не понимаешь?

— Нет.

— Она всё рассказывает своему партнёру. По всем вопросам с ним советуется, плачется ему.

— Ты это откуда знаешь?

— Могу тебе доказать, что она много документов таскает домой в своём портфеле.

— Это запрещено.

— А ей плевать!

— Откуда ты знаешь, что она там в портфеле носит?

— Виктор, проверь её, и мне не надо будет ничего доказывать.

— Напомни мне, что она нарушает?

— Я с собой захватила нашу распечатанную политику конфиденциальности. Там маркером выделила самое важное. Ричард всегда к этому документу очень серьёзно относился. Там есть несколько категорий информации. Три из них категорически отнесены к сведениям, составляющим инсайдерскую информацию, отнесённые к ней сведения запрещено вообще отправлять кому-либо без твоего личного разрешения, а документы выносить из офиса.

— Кейси это хорошо знает. Уверен в этом.

— Конечно! Но сегодня она затребовала материалы всех последних советов директоров, что в очной форме, что в заочной. Возможно, в конце рабочего дня вернёт, но в её кабинете стоит копировальная машина. Зачем она ей, если есть секретари?

— Интересно.

— Виктор, ей очень не нравится эта твоя реформа.

— Почему?

— Потому что она не дура и понимает, что после неё она быстро окажется на лопате.

— На чём?

— На лопате. Так говорят, когда уже понятно, что тебя выкинут с работы.

— Смешно. Кейси это не грозит. Потому что таких мыслей у меня нет.

— Она понимает, что после реформы она, такая вся из себя умная, будет вообще не нужна. Это суперсистема. К тому же зачем такие деньги тратить на целого первого заместителя?

— Допустим. Зачем ей эти документы дома?

— Она ищет что-то. Что-то такое, чтобы подсидеть тебя. Или даже хуже.

— Что ты имеешь в виду?

— Её сожитель из ФБР. А Ричард у нас кто?

— Ты думаешь…

— Да! Эти мерзкие ищейки всегда этим подрабатывают. Найдёт что-то, и поднимется скандал. Ричард окажется под ударом.

— Может быть и такое. Согласен. Но почему тебя это беспокоит?

— Что непонятного? Ну ты даёшь! Как только она станет генеральным менеджером, что будет со мной?

— Убедительно.

— Или даже если не её назначит Ричард, а кого-то другого, то мне всё равно придётся искать новую работу. Это просто закон такой!

— Хорошо. Я тебя понял. Подумаю.

После ухода Сью вызвал Джека и Тони, поставил им задачу.

Около восьми вечера я смотрел прямую трансляцию, как комиссия в составе Тони, Джека и ещё одного парня из группы информационной безопасности проверила портфель Кейси, изъяла документы.

Кейси сорвалась и подняла шум, крик, а потом решила вернуться. Устремилась прямиком ко мне в кабинет.

В приёмной грязными словами обложила секретаря и, распахнув дверь моего кабинета, ворвалась.

— Ты что устроил?

— Успокойся. Присядь. Помолчи и посчитай до тысячи.

— До скольких?

— До ста мало. Надо до тысячи посчитать.

— Ну ты…

— Заткнись!

Я захлопнул дверь и продолжил:

— Заткнись, сука! Пока не наговорила!

— Что?! Ах ты мерзкое славянское отребье! — воскликнула Кейси и двинулась ко мне, намереваясь с размаху ударить.

Я увернулся, оказался за её спиной и сковал ей руки.

Кейси завизжала. Я резко развернул её лицом к себе, крепко обнял и сильно всосал её губы.

Кейси сразу перестала вырываться и начала страстно целоваться.

Мне не нравилась Кейси как женщина вообще. То есть она не была противной и не вызывала отвращение. На лицо симпатичная, но фигура не спортивная, мягко говоря. Таким женщинам мне не хотелось нравиться, такие женщины у меня не вызывали желания. Но и отвращения не было. Просто женщина, просто человек.

Я с силой отодрал от себя Кейси. Потом усадил на стул.

Подошёл к бару. Вытащил бутылку отличного французского коньяка ХО очень известного производителя.

XO расшифровывается как Extra Old, то есть экстрастарый, и описывает коньяк, выдержанный в дубовых бочках не менее шести лет. Дорогой напиток. Разумеется, Кейси в этом отлично разбирается и, безусловно, отметит.

Налил нам коньяк в стаканы для виски примерно по сто граммов.

— Я не буду, — твёрдо сказала Кейси.

— Я тебя не спрашиваю.

— Ты вообще обнаглел?

— Пока нет. Всё впереди. Заткнись и давай молча выпьем. Потом поговорим нормально.

— Я не буду.

— Тогда прямо сейчас встала и вышла отсюда. Пошла вон, дура! Не выйдет разговора. Поняла меня? — выпалил я, изображая крайнюю агрессию.

Кейси с опаской пригубила коньяк.

— Я жду, когда ты выпьешь всё.

Кейси допила содержимое стакана.

— Слушаю тебя, — сказала Кейси.

Мне нужно было время, хотя бы минут пятнадцать, я должен был дождаться, когда алкоголь подействует на неё.

— Расскажи мне, Кейси, про свою студенческую жизнь. Наверное, интересное было время?

— Зачем тебе?

— Хочу, прежде чем мы поговорим серьёзно, понять тебя лучше. Хочу уловить, как красивая студенточка дошла до сегодняшнего состояния — состояния злой, дурной и тупой торговки вонючей рыбой на рынке. Даю тебе шанс, и себе тоже. Просто хочу попробовать побывать в твоей шкуре. Чтобы лучше понимать тебя.

— Хорошо, — ответила Кейси и при этом немного прищурилась.

Я уловил, что она поняла свою заинтересованность в этом рассказе.

Кейси начала свой рассказ со старших классов школы с акцентом на усиленную и целенаправленную подготовку к поступлению в университет…

Я слушал, но не очень внимательно. Меня это всё мало интересовало.

А у самого в голове всплыли воспоминания о моей слишком короткой учёбе в Подмосковье.

Преподавателем была женщина бальзаковского возраста. Очень красивая, всегда безупречно одетая. Она тоже не скрывала, что они с мужем из «сбитых лётчиков», долгое время были нелегалами в какой-то из стран. Я подумал тогда, что она «француженка», возможно, канадская или из французских заморских департаментов.

Она дала мне всего несколько уроков. В общей сложности, наверное, около шести или восьми учебных часов. Как жаль, что так мало!

Она была вторым преподавателем, который раскрывал мне женские тайны, но в данном случае только для того, чтобы подойти к своей теме и раскрыть мне её как следует. Тоже очень чётко мне преподала об «интеллигентках», «шалавах», «хабалках» и остальных категориях прекрасного пола. При этом прекрасно, просто и предельно доходчиво объяснила, что «интеллигентка» вполне может быть на самом деле «хабалкой» или конченой «блядью» и тому подобные пересечения. Кое-что рассказала и показала на учебных пособиях про женщин и их этику и эстетику, включая мелочи, связанные с одеждой, обувью, макияжем. Объяснила со своей стороны, как по ним можно охарактеризовать человека. Рассказывала о современных манерах женщин западноевропейского общества. И не только высшего, но и всех слоёв гражданского общества.

Как и заведено, видимо, было в то время, сама преподаватель была невероятно сексуальной, обворожительной, очень образованной женщиной. Для чего-то сообщила мне, что и здесь, и там (где-то далеко-далеко) была врачом. Ни тогда, ни позже я не понял, зачем она это сказала. Единственное (моё) объяснение: дать мне понять, что впереди много трудностей и нужно над собой много работать. Так как даже если ГРУ смогло сделать ей надёжные документы о медицинском образовании, то на практике они ей помочь не смогут, а её пациенты — это всё-таки люди.

После такой нужной и чрезвычайно полезной части о женских делах она приступила к своей теме — теме женской агрессии.

Сразу обозначила один важный момент. Сказала, что против того, чтобы применять физическое воздействие по отношению к женщинам и детям. Заявила, что в 99 % случаев можно обойтись без этого. Обосновала это тем, что есть масса вариантов, и лучший из них — просто уйти.

Видя моё молчаливое непонимание и недоумение, она продолжила. Эти её слова я запомнил:

— Однако, каким бы толстовцем или буддистом ты ни был, когда на тебя бросается разъярённый зверь, ему нужно дать сдачи. Я понимаю, что порой слова бьют больнее любых кулаков, но мужчинам приказано терпеть и никак на это не реагировать, если оскорбления идут со стороны женщины. Попробуй дать пощёчину за то, что она оскорбила твою жену, мать, детей, и навсегда получишь клеймо «не мужчина», «садист», «гадёныш». Можно сделать такой вывод, что мужчина считается мужчиной, если становится бессловесным «терпилой». Допустим, в случае словесных оскорблений себя действительно можно сдержать. Потому что, если женщина тебя намеренно грязно оскорбляет, именно агрессии она и хочет. Она знает, что проявление агрессии даст ей массу козырей, но это на уровне сознания. Однако бессознательно она хочет другого, она прямо говорит: «Давай! Покажи, наконец, что ты мужик, поставь меня жёстко на место». Запомните, товарищ старший лейтенант! Никогда в таких случаях не давайте женщине то, что она хочет. Во всех ста процентах случаев агрессия обернётся против вас!

— Почему?! — не выдержал тогда я, перебив преподавателя.

Она усмехнулась и продолжила:

— Сейчас закон и общественная мораль — это прислужники женского доминирования.

— Чего?!

— До-ми-ни-ро-ва-ния. Ясно, мой мальчик?! — произнесла она эти слова с явным превосходством, с явным высокомерием. При этом села прямо на мою столешницу и внимательно рассмотрела узкие носы своих модных туфель.

Я тогда в последний момент едва уловил, почему она вдруг, резко перешла со мной на такой тон. Прекрасно понимая, что я офицер и что слова «мой мальчик», вдобавок произнесённые в таком тоне, были для меня неприемлемы ни при каких обстоятельствах тогда, в те далекие времена.


Скачать книгу "Агентурная разведка. Часть 11 «Дружественный огонь»" - Виктор Державин бесплатно


100
10
Оцени книгу:
0 0
Комментарии
Минимальная длина комментария - 7 знаков.
Книжка.орг » Приключения » Агентурная разведка. Часть 11 «Дружественный огонь»
Внимание