Записи о доброте и ненависти. Том 1
![Записи о доброте и ненависти. Том 1](/uploads/covers/2024-01-25/zapisi-o-dobrote-i-nenavisti-tom-1-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Цзинь Юн
- Жанр: Героическая фантастика / Историческое фэнтези / Зарубежное фэнтези
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Записи о доброте и ненависти. Том 1"
古道骏马惊白发
Осенью двадцать третьего года правления династии Цин генерал Ли Кэсю сыграл важную роль в битве на реке Или, и император перевел его на службу в провинцию Чжэцзян. Долгое время Ли Кэсю служил офицером в уезде Хуэй провинции Ганьсу, по этой причине его семья жила при дворе. Получив приказ о переводе в провинцию Чжэцзян, он взял с собой свиту, конницу, семью, а также состояние, накопленное за долгие годы службы. Ли Кэсю имел множество военных заслуг, и чем больше выдающихся подвигов он совершал, тем чаще судьба ему благоволила. Единственным сожалением в жизни воина было то, что, кроме девятнадцатилетней дочери, других детей у него не было.
Девушку звали Ли Юаньчжи. Она появилась на свет, когда Ли Кэсю носил чин генерал-лейтенанта на западе провинции Хунань. Отсюда и имя Юаньчжи, в память о месте ее рождения2. Свою единственную дочь Ли Кэсю любил больше жизни. Девушка хоть и родилась в семье военного, но была изысканной и утонченной. С годами она становилась все прекраснее, отец никогда не осмеливался ни в чем упрекать ее. Внешне Ли Юаньчжи походила на мать, но характер она унаследовала от отца. Когда Ли Кэсю на тренировочной площадке натягивал лук, эта малютка всегда ходила за ним по пятам. Отец не раз замечал ее боевой дух. Многие из его подчиненных отлично владели боевыми искусствами, Ли Кэсю часто приказывал своим генералам обучать девушку обращаться с оружием, и они учили ее всему, что умели сами. К своим тринадцати годам Ли Юаньчжи уже овладела боевыми искусствами настолько, что сверстники не могли тягаться с ней. И когда Ли Кэсю видел дочь в бою, чувствовал тайное удовлетворение.
Но порой в глубине его души просыпалась горечь разочарования. Какая жалость, что ребенок, наделенный таким умом и физической силой, не родился мальчиком!
Когда Ли Юаньчжи исполнилось 14, она вдруг перестала посещать тренировочную площадку. Отец посчитал, что его дочь повзрослела и больше не хочет уделять время тяжелым тренировкам, потому не придал этому значения. Откуда же ему было знать, что девушка втайне продолжала усердно тренироваться и в течение пяти лет достигла превосходных успехов в кунг-фу?
Ее учитель, старик Лу Гаочжи, был одним из лучших в школе боевых искусств Удан и по стечению обстоятельств стал наставником Ли Юаньчжи. Летом 18-го года, во время правления шестого императора династии Цин Цяньлуна, когда Ли Юаньчжи исполнилось 14, Ли Кэсю нанял учителя в уезде Фуфэне, провинция Шэньси, чтобы тот научил дочь грамоте. Господин Лу Гаочжи, человек 55–56 лет, был хорошо образован, он часто беседовал с девушкой о прошлом и настоящем, и они хорошо понимали друг друга.
В тот день стоял нестерпимый зной. Проснувшись, Ли Юаньчжи поспешила на очередное занятие, которое должно было вот-вот начаться, и девушка хотела быть пунктуальной. Но на пути в кабинет она не удержалась и, сняв с себя золотую заколку, проделала маленькую дырочку в бумаге, закрывающей окно, чтобы тайком взглянуть на полуденное солнце. Это заставило ее улыбнуться.
В кабинете Ли Юаньчжи увидела учителя, который с улыбкой на лице сидел на стуле в позе сукхасана, скрестив ноги и поджав их под себя. Он легонько взмахнул рукой. Послышался тихий стук, будто что-то ударилось о дощатую стену. Девушка осмотрелась в поисках источника звука и увидела десятки мух, сидящих на стене ровными рядами напротив учителя Лу. Ли Юаньчжи это показалось очень странным. Как вышло, что эти мухи сидели так неподвижно? Это напоминало построение солдат, схожее с тем, что проводил ее отец во время строевой подготовки на тренировочной площадке. Она снова внимательно присмотрелась и заметила, что каждая муха была приколота к стене тонкой, словно волос, золотой иголкой. С такого расстояния их было почти невозможно разглядеть. Полуденные солнечные лучи косо падали на стекла окон, и иглы слегка переливались золотом.
Вокруг учителя Лу жужжали и другие мухи. Легким движением руки он достал еще одну золотую иглу и прибил насекомое к стене. Ли Юаньчжи это занятие показалось веселее любой другой игры:
– Учитель Лу, вы можете научить меня этому?
Лу Гаочжи несколько лет жил в уединении в провинции Шэньси, ничего о себе не рассказывая. В этот знойный день он, не в силах вынести жужжания мух-вредителей, применил прием золотой иглы, чтобы незаметно уничтожить надоедливых насекомых, но Ли Юаньчжи уже все видела. Учитель, пытаясь отвлечь ее внимание, невозмутимо произнес:
– Что ж, вы выспались? Сегодня я расскажу биографию Синьлин Цзюня.
– Хорошо, учитель Лу, но сначала научите меня этому трюку.
– Чему? – переспросил Лу Гаочжи.
– Метанию золотых игл. Я знаю, что это не просто трюк, это очень высокий навык владения боевыми искусствами. Пожалуйста, научите меня!
На самом деле девушка уже знала некоторые приемы, которым обучил ее отец на тренировочной площадке. Лу Гаочжи улыбнулся и сказал:
– Если ты действительно хочешь овладеть боевыми искусствами, обратись к своему отцу. Никто в сотне миль вокруг города Фубэн не сможет сравниться с ним.
– Мой отец может попасть стрелой в орла, но не иглой в муху.
Учитель долго думал, прежде чем ответить. Он знал, что эта девушка очень умна, но при этом капризна и избалованна.
– Сейчас ты можешь пойти отдохнуть. Никому не рассказывай о том, что видела, мне запрещено обучать этим приемам. Если кто-то узнает, я не смогу больше учить тебя.
Ли Юаньчжи действительно ни с кем об этом не говорила, но всю ночь провела в раздумьях. На следующее утро она отправилась в кабинет своего учителя, но тот оказался пуст. Только на столе лежала небольшая записка, прижатая пресс-папье, которая гласила:
Юаньчжи, у тебя острый ум, учеба дается тебе легко, ты интересуешься каждой пройденной темой. Твоя тяга к знаниям идет от сердца, но далеко не каждое знание во благо. В течение трех лет я обучал тебя, но был не тем, за кого себя выдавал. Мне стыдно, что я так и не научил тебя чему-то стоящему. Теперь наши пути расходятся, но мы еще встретимся. Помни: чтобы быть счастливой, одних знаний иногда недостаточно, нужно отыскать свое место, свой путь в этой жизни. Совершенствуй свои моральные качества и совершай добрые поступки.
Обманщик Лу Гаочжи.
Ли Юаньчжи потеряла дар речи, в глазах стояли слезы. Учитель лгал ей все это время.
В этот момент дверь комнаты внезапно распахнулась, в кабинет, спотыкаясь, вошел мужчина. Его лицо было бледным, а рубашка забрызгана кровью.
– Учитель! – испуганно воскликнула девушка.
– Закрой дверь и сиди тихо!
Он прикрыл глаза и больше не произнес ни слова. Ли Юаньчжи была дочерью генерала, привыкшей выносить удары судьбы, поэтому она, хоть и была напугана, повиновалась. Лу Гаочжи глубоко вздохнул и сказал, глядя ей в глаза:
– Я был твоим учителем последние три года, мы всегда находили общий язык. Я думал, моя судьба предопределена, но мы встретились вновь. Сейчас на карту поставлена моя жизнь. Прошу, никому не рассказывай о том, что видела. Ты сможешь? – его глаза блестели.
– Учитель, я сделаю, как вы скажете.
– Передай своему отцу, что я болен и должен отдохнуть полмесяца. Скажи, что мне не нужен врач, я сам о себе позабочусь. А теперь уходи!
Дождавшись, пока Юаньчжи покинет кабинет, Лу Гаочжи с трудом достал из кармана флакон с лекарством. Он нанес содержимое на ножевую рану на левом плече и обмотал ее тканью. В глазах сразу почернело, и его вырвало кровью.
Учитель Лу Гаочжи, настоящее имя которого Лу Фэйцин, на самом деле был великим воином школы Удан. В свои лучшие годы он был известен на юге и севере страны, так как был важным членом банды «Убийцы дракона», ведущей борьбу с династией Цин. Пик могущества группировки пришелся на годы правления пятого императора Юнчжэна. Когда мятежник сбежал за границу, правители династии послали за ним наемников, но Лу Фэйцин был бдительным и сильным воином, он смог сбежать. Тогда он вспомнил легенду о Дунфан Шо3, «великом отшельнике, скрытом при дворе, посредственном отшельнике, скрытом в городе, жалком отшельнике, скрытом в дикой природе». Наемники династии Цин искали его повсюду: в лесах, монастырях, оружейных лавках, местах занятий боевыми искусствами, но никто и подумать не мог, что преступник с выдающимися боевыми навыками скрывается под видом учителя в доме генерала Ли Кэсю.
В тот вечер Лу оставил прощальное письмо Юаньчжи, думая, что его раскрыли. Он взял с собой лишь несколько предметов одежды и меч Белого Дракона. Фэйцин сидел с закрытыми глазами на своей кровати, когда услышал издали бой часов, и вдруг за окном послышался шорох: кто-то пробрался через забор. Лу Фэйцин вскочил на ноги, откинул полу халата и осторожно взялся за рукоять меча Белого Дракона. Мужской голос за окном прокричал:
– Старик Лу, ты столько лет прятался здесь под маской школьного учителя, теперь тебе придется поехать с нами в столицу и предстать перед судом!
Лу Фэйцин знал, что человек, который пришел его искать, явно не так прост и наверняка явился не один. Враги поджидают снаружи и, если он перешагнет через порог, сразу нападут, но если он вылезет через окно, сможет бесшумно пробраться наверх вдоль стены. Оконная рама дважды треснула, стекло разбилось. Лу Фэйцин, сделав глубокий вдох, оттолкнулся и прыгнул на крышу; кусочки черепицы разлетелись в воздухе. Люди, стоящие внизу, закричали, стрелы одновременно взлетели в воздух, раздались возгласы:
– Даже не пытайся убежать!
Лу Фэйцин наклонился и хриплым шепотом сказал:
– Следуйте за мной, друзья.
Используя мастерство владения цигуном4, он помчался за пределы города. За ним неотступно следовали три силуэта, которые то опережали его, то чуть отставали. Лу Фэйцин пробежал около семи верст на одном дыхании. Позади слышались крики:
– Тьфу, старик Лу!
– Ты же известный человек! Как ты потерял свой стыд и свою совесть?
– Хочешь просто развернуться и уйти, ни с кем не считаясь?
Кто бы мог подумать, что беглец заранее все тщательно продумал. Происходящее сегодняшней ночью было вопросом жизни и смерти. Он повел врагов к холму на западе города Фуфэн. План состоял в следующем: во-первых – заманить их в укромное место; во-вторых – понять, на что они способны; в-третьих – взглянуть на лица тех, кто хотел его поймать. Несправедливость выходила наружу, его враги были на стороне тьмы. Лу Фэйцин, одним шагом преодолев более десяти китайских чжанов5, поднялся на вершину холма и теперь стоял выше своих преследователей. Он достал из ножен меч Белого Дракона, и враги бросились к нему один за другим, не осмеливаясь подойти слишком близко. Они встали в форме буквы Т – один впереди, двое сзади. Лу Фэйцин попытался рассмотреть при свете луны человека, стоящего перед ним. Ему было около пятидесяти, невысок, худощав, со смуглым лицом, усами, похожими на два птичьих хвоста длиной не более одного цуня6. Этот воин выглядел способным и храбрым, его черты лица были смутно знакомы. За его спиной стояли двое: один очень высокий и худой, другой очень толстый. Тощий мужчина заговорил первым:
– Лу, старый герой, прошло восемнадцать лет. Неужели ты не узнаешь Цзяо Вэньци?