Записи о доброте и ненависти. Том 1
![Записи о доброте и ненависти. Том 1](/uploads/covers/2024-01-25/zapisi-o-dobrote-i-nenavisti-tom-1-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Цзинь Юн
- Жанр: Героическая фантастика / Историческое фэнтези / Зарубежное фэнтези
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Записи о доброте и ненависти. Том 1"
– Ты хорошо разглядела этих двоих?
– Тех мещан, что проскакали к лесу?
– Не думаю, что они просто вышли на вечернюю прогулку. Глядя на навыки этих людей, могу сказать, что они вовсе не так просты.
Девушке очень хотелось, чтобы неизвестные оказались настоящими разбойниками, чтобы наконец продемонстрировать навыки, которые она упорно оттачивала все пять лет. Она сказала:
– Эти двое отлично владеют навыками верховой езды.
– Да, вряд ли они новички в этом деле.
Они приближались к крепости Шуанта. Рядом снова раздался звук копыт, еще две лошади промчались мимо их упряжки с мулами. Стояли темные сумерки, местность была пустынной, туман сгущался, впереди виделась только крепость. Лу Фэйцин не переставал удивляться, откуда в такое время на дорогах столько людей.
Вскоре их упряжка въехала в ворота, торговцы местных лавок вышли взглянуть на новоприбывших. Генерал Цзэн Тунань подвел упряжку мулов к высокому дому. Лу Фэйцин и Ли Юаньчжи слезли с лошадей. На массивной двери дома висела черная табличка с золотыми буквами «Гостиница Антонг». У входа четыре человека спешили приветствовать гостей – видимо, держатели гостиницы.
Вновь послышался цокот копыт, лошадь остановилась, и раздался стук. Лу услышал, как слуга открыл ворота и сказал:
– Твой путь был нелегким, входи, для тебя приготовлены еда и питье.
– Пойди и накорми лошадей, живее, – сказал грубый голос, – мы снова двинемся в путь, как покончим с едой.
Лу Фэйцин задумался. Группы мужчин спешили на северо-запад, и, судя по навыкам верховой езды, все они были мастерами боевых искусств. За годы, проведенные в пограничных районах, он никогда не видел ничего подобного. Он тихо пересек двор и направился к задней части гостиницы.
– Хорошо, вы говорите, что этот мастер очень молод, – произнес человек с грубым голосом. – Справится ли он?
Лу Фэйцин прислушался, затаившись под окном.
– Ему придется, – услышал он слова другого. – Таково было желание старого мастера, нравится это молодому мастеру или нет.
У второго человека был глубокий, звучный голос, казалось, в нем была заключена огромная внутренняя сила. Не решаясь проделать дырку в бумаге, закрывающей окно, чтобы заглянуть внутрь, Лу Фэйцин продолжал только слушать, стараясь не дышать.
– Конечно, – ответил тот, что с грубым голосом, – но вдруг он воспротивится!
– Не беспокойся об этом, он сделает так, как скажет мастер.
Человек произнес эту фразу со своеобразным южнокитайским акцентом, и сердце Лу подпрыгнуло. «Где я слышал этот голос раньше?» – подумал он. Потребовалось время, чтобы отыскать ответ в ворохе мыслей, но в конце концов Лу Фэйцин вспомнил, что эта интонация принадлежала его старому другу Чжао Баньшаню. Двадцать лет назад они оба состояли в банде «Убийцы дракона». Чжао был примерно на десять лет моложе, но они часто тренировались вместе и испытывали друг к другу глубокое уважение. Лу не слышал о нем с тех пор, как «Убийцы дракона» распались, он был рад случайно встретить старого приятеля в таком неожиданном месте. Он уже хотел окликнуть Чжао Баньшаня, но свет в комнате внезапно погас, а из окна вылетел дротик. Но снаряд летел не в сторону Лу Фэйцина. Неподалеку в кустах он заметил чью-то фигуру. Она поймала дротик, выпрямилась, собираясь бросить вызов обидчику. Лу подскочил и яростно прошептал:
– Ни звука! Идем со мной.
Это была Ли Юаньчжи.
Никто за ними не гнался. Лу отвел девушку в свою комнату и при свете лампы увидел ее раздосадованное лицо. Это одновременно разозлило и позабавило его. Он строго спросил:
– Юаньчжи, ты знаешь, что это за люди? Зачем ты пыталась влезть с ними в драку?
– Зачем они стреляли в меня дротиком? – вызывающе ответила она.
– Если они не преступники, то члены тайного общества. Одного я знаю, и его кунг-фу не хуже моего. Если они здесь, ночью, то, должно быть, по срочному делу. Этот дротик не предназначался для того, чтобы ранить тебя, он только предупреждал, чтобы кое-кто не совал нос не в свои дела. Если бы они действительно хотели причинить тебе вред, ты вряд ли смогла бы его поймать. А теперь иди спать.
Они услышали, как открылись ворота, раздался стук копыт, и двое мужчин ускакали в ночь.
На следующее утро упряжка с мулами снова тронулась в путь и проехала десять миль чуть более чем за два часа.
– Смотрите, учитель, – сказала Юаньчжи, – кто-то приближается.
Впереди галопом скакали два гнедых коня. Помня события прошлой ночи, путники обратили на незнакомцев особое внимание. Удивительным было то, что лошади, прекрасные и резвые, были абсолютно одинаковыми. Что еще более удивительно, их наездников тоже невозможно было отличить друг от друга: обоим около сорока лет, высокие и худые, бледнолицые, с глубоко посаженными глазами. Судя по всему, это братья-близнецы. Проезжая мимо, они странно посмотрели на Ли Юаньчжи, она бросила на них ответный взгляд. Немного отдалившись, они вновь обернулись на девушку. Ли Юаньчжи остановила лошадь, всем своим видом показывая, что готова вступить в бой. Но братья даже бровью не повели и погнали лошадей вперед. Девушка нахмурилась:
– И откуда взялась эта парочка скелетов?
Спины двух удаляющихся всадников можно было сравнить с двумя тонкими бамбуковыми палками, воткнутыми в седла. Внезапно к Ли Кэсю пришло осознание, он вскрикнул:
– А, так это они!
Ли Юаньчжи поспешно спросила:
– Ты их знаешь?
– Должно быть, это те самые отважные воины из провинции Сычуань, братья из рода Учан по имени Хэй Чан20 и Бай Чан21.
Ли Юаньчжи усмехнулась и сказала:
– Действительно, отличные прозвища. Еще бы, духи смерти, говоришь?
– Если верить слухам, внешне они некрасивы, но в бою настоящие мастера! Я никогда прежде не встречал их, но слышал, что они братья-близнецы и с детства неразлучны. Они не создают семьи, они ездят по свету, совершая благородные поступки, стоят на защите справедливости. Тот, кто уважает их, называет братьев сычуаньскими благородными воинами, а тот, кто боится, – Хэй Чан и Бай Чан.
– Но они же похожи друг на друга как две капли воды! Как же отличить Хэй от Бай?
– Я слышал, что, несмотря на то что братья Чан так похожи друг на друга, есть одно маленькое отличие. У старшего брата в уголке глаза есть родинка, поэтому его зовут Чанг Хэчжи22, младшего же брата назвали Чанг Бочжи. Они были учениками даоса Хуэйлу из школы боевых искусств Цинчэн23. Они известные благородные воры на реке Сычуань, которые грабят богатых и помогают бедным, но в своих методах они безжалостны, поэтому и получили такие ужасающие прозвища.
– Что же они здесь делают?
– Не знаю, я никогда не слышал, чтобы братья Чанг совершали свои преступления за пределами Великой стены.
– Если эта парочка скелетов осмелится тронуть нас, тут же отведают силу моего меча!
– Я слышал, что они никогда не сражаются в одиночку. Будь то один или десять противников, они всегда работают вместе, – Лу Фэйцин сухо рассмеялся. – Твои слабенькие косточки, боюсь, не выдержат их кулаков.
Пока они говорили, впереди снова послышался цокот копыт. На этот раз ехали обычные путники. За спиной у первого человека, даоса, был длинный меч, лицо его было болезненно бледным. Правая рука свисала вниз, левой руки не было вовсе, рукав даосского одеяния был обвязан вокруг талии. Второй путник был горбуном в очень пестрой одежде. Ли Юаньчжи, глядя на его уродство, завернутое в великолепный яркий наряд, не смогла сдержать смех:
– Учитель, вы только взгляните на этого горбуна!
Лу Фэйцин хотел остановить ее, но было уже поздно. Они увидели, как горбун ударил хлыстом двух лошадей, и те стремительно поскакали. Горбун вдруг прыгнул на спину лошади. Даос же сделал сальто, обеими ногами приземлившись на землю. Девушка сжала в руке свой длинный меч, следуя главному совету учителя: «Если враг не двигается, то и ты не двигайся». Кончик ее меча слегка дрожал. Никто не двигался с места. Горбун действовал непредсказуемо: он не нападал, но протянул левую руку и схватил свою скачущую лошадь за хвост. С протяжным ржанием та встала на дыбы. Необычайная сила горбуна была поразительна. Правой рукой он сжал хвост гнедого коня Ли Юаньчжи, и тот тотчас порвался, словно его отрезали ножом. Лошадь рванула вперед, Ли Юаньчжи испугалась и чуть было не выпала из седла. Лу Фэйцин замахнулся хлыстом, желая полоснуть горбуна, но тот был уже далеко. Он был невысок и коротконог, но бегал чрезвычайно быстро. В одно мгновение горбун догнал скачущую на запад лошадь, вскочил в седло и исчез из виду. Ли Юаньчжи была так зла, что ей хотелось плакать и кричать:
– Учитель!
Лу Фэйцин увидел, что в ее глазах застыли слезы. Она хотела орать во всю силу, но ком подступил к горлу, и слезы хлынули потоком. В этот момент сзади послышались крики:
– Я Ву… Вэйян… Я Ву… Вэйян…