Король-Наёмник. Кровь Ларингии
![Король-Наёмник. Кровь Ларингии](/uploads/covers/2023-10-29/korol-nayomnik-krov-laringii-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Илья Городчиков
- Жанр: Попаданцы / Самиздат, сетевая литература / Боевое фэнтези / Магическое фэнтези / Эпическое фэнтези
Читать книгу "Король-Наёмник. Кровь Ларингии"
Глава 10. Новые знакомства
В Орлаён мы вернулись отдельно от основного войска герцога. Раны наших бойцов хоть и оказались серьёзными, но Фабрис настоял на том, чтобы быстрее вернуться в город, где в тепле и комфорте выздороветь наёмники смогут в разы быстрее. К тому же, трофеи оказались богатыми. В Ларингии была достаточно интересная система распределения трофеев среди бившихся солдат. Дворяне, как самый привилегированный и самый боевитый класс, всегда имели шестьдесят сотых от всего полученного в бою, разделяемого меж дворянами и их оруженосцами. Сержанты и наёмники получали двадцать восемь сотых от всех трофеев, а ополчение всего двенадцать сотых. Непонятно, чем обусловлена данная система, но функционировала она спокойно и удовлетворяла всех солдат. Хоть обоза у горцев как такового не было, однако доспехов, оружия и коней удалось набрать очень даже немало, а потому, никто обиженным не ушёл.
В город мы вернулись не только победителями. Новости о поражении войска горцев оказались в Орлаёне намного быстрее самих победителей, и горожане встречали нас радостными криками. Их даже не огорчали целые колоны раненных, без которых точно не могло обойтись столь сложное сражение. Многие из тех, кто был ранен, навсегда останутся калеками, и вряд ли будут способны вести привычную им жизнь.
Как только мы вернулись обратно в город, было необходимо сначала вылечить всех тех, кто понёс серьёзные ранения. Я, было, хотел обратиться к местным лекарям, но Фабрис стал активно меня убеждать, что справится сам. Как бы я не настаивал на своём, но уверенный в навыках старого монаха Бернд тоже подключился к своему убеждению, и противостоять двоим напористости мне не хватало.
Волновало меня другое. Учитывая, что раны некоторых из наших бойцов не дадут им дальше воевать в наших рядах, то нужно было выплатить им отпускные, а погибшим отправить погребальные деньги. Благо, казна после последних наших контрактов стала куда как больше и богаче, да и Орлаёнские почтовые службы славились своей честностью. Бернд заранее записывал в свой журнал имена и поселения, в которых были набраны новички. Это сильно облегчало задачу, и расправиться с ней мне удалось за день.
Пока бойцы отдыхали, а раненные затягивали свои раны, мне нужно было вновь искать новобранцев для нашего отряда. Да, учитывая нашу большую мошну, отряд мог пинать пни, но нужно было понимать, что на обучение новобранцев и создание из них полноценного войска нужно время и время немало, а потому стоит этим заняться уже сейчас. Радовало то, что слава «Кабаньей головы» росла с каждой битвой, и найти новых бойцов должно стать куда как проще.
Но хотелось мне хоть немного отдохнуть, да пройтись по городу. Неизвестно сколько мы ещё будем тут находиться, и выдастся ли мне шанс ещё раз прогуляться по столь большому городу. Всё же, это ещё средневековье, и найти здесь большие поселения будет уж очень сложно.
Доспех я оставил в таверне, где расположился отряд, надел ладно сшитый полушубок и мохнатую меховую шапку из лисы. Со стороны меня вполне можно было бы принять за северянина сура, ведь одежда моя вместе с рубахой были сшиты по привычному им крою, да и борода, изрядно выросшая за последнее время, сильно отличалась от ларингийцев, кои обычно носили только лишь усы. На широком кожаном поясе закрепил ножны с саблей, расположив их поудобнее с правой руки.
Ещё раз окинув взглядом таверну, где веселились и отдыхали наёмники, я вышел на простуженную улицу, тут же обдавшую лицо холодом. За всё время в этом мире я уже было соскучился за зимой, и с удовольствием вдохнул стылый воздух и выпустил две тонкие струйки пара.
Навалившийся на город холод никак не заботил горожан, всё также тут и там снующих по улицам. Непривычные к столь суровому холоду Орлаёнцы, хоть и жили на севере королевства, но всё больше и быстрее старались укрыться в домах. Я же, хоть и был телом как они, но русская душа радовалась зиме. Сразу захотелось сделать снежок и запустить его в какую проходящую девушку, но разум взял верх, и я просто пошёл в сторону крепости, смотря на красивые заснеженные дома.
Орлаён продолжал жить своей размеренной торгово-ремесленной жизнью. Река покрылась толстой коркой льда, но тракт из Рюгленда продолжать функционировать, пропуская по себе вечно движущиеся караваны. Знатные дома Рюгленда всегда держали руку на пульсе, и, как только опасность нашествия горцев была уничтожена, сразу же отправили десятки своих торговцев Ларингию с товарами, надеясь вернуться обратно с рабами и изделиями из металла, кои производили множественные кузницы и литейные Орлаёна.
Я призадумался, что тоже надо будет заглянуть в эти кузницы. Если у меня получится уговорить Бернда на качественное изменение отряда, то нам нужно будет много нового оружия и доспехов. Правда, цена, которую мы заплатим, с лихвой должна будет отбиться от тех контрактов, которые мы будем получать, и тех врагов, которых получится бороть.
Планы мои, мягко говоря, были наполеоновскими. Мне хотелось создать из нашего отряда полноценную армию, хотя бы в несколько сотен человек. Мне хотелось достигнуть уровня швейцарцев, а то и ландскнехтов. Судя по всему, пехота до конца ещё не достигла такого уровня тактики и дисциплины на поле боя, чтобы уметь сокрушать господствующую на поле конницу. Для меня, знающего когда, а главное, как дали звездюлей коннице, есть огромное поле для творчества. Правда, как бы я не пытался вызнать у Фабриса про пороховое оружие, тот раз от раза разочаровывал меня, говоря о том, что нечто подобное громыхающим палкам используют только гранисийцы. Да и проблема была не только с отсутствием порохового оружия как такового. Дисциплина и логистика. Обе этих составляющих были очень важны, чтобы перейти от простых разрозненных наёмников до полноценной наёмной армии. Вдобавок к большому количеству снаряжения нужны и правильные люди, которые будут заправлять всей этой компанией вечно готовых бою людей.
Но пока я эти мысли старательно отгонял, поскольку мечты мечтами, а для начала надо бы уговорить на это Бернда, который по несколько дней раздумывал перед каждой значительной тратой денег. В общем, был скрягой.
В один момент я понял, что иду в мыслях, следуя за толпой. Горожане шли куда-то прочь из города под радостные крики и при этом пританцовывая. Настроение у народа было уж больно хорошее, и это меня удивляло, поскольку только недавно в город приехал целый обоз с телами мёртвых дворян, а это зрелище, понятно, было не из приятных. Тем не менее, похоже, собиралось какое-то празднество, на которое хотелось бы посмотреть.
Толпа вынесла меня из города, и вскоре мы оказались на большом поле в нескольких километрах от самых дальних домов нижнего города. На большом поле расположился целый городок из разноцветных шатров и палаток. Вновь я видел сотни штандартов и гербов различных рыцарских родов и семей. Здесь были как уже известные мне по битве меж двух холмов рода, так и абсолютно новые рыцари. Похоже, что в честь своей победы, герцог решил устроить грандиозный турнир. Оттуда тянуло запахом множества блюд, и изголодавшийся по необычным запахам нос тут же учуял специи. Я был здесь уже несколько месяцев и давно убедился в том, что особо специями местная кухня не балует.
К шатрам знати не пускали, перегородив проходы, герцогские пехотинцы. Кто попало туда не проходил, хотя краем глаза я всё-таки заметил группу весьма неоднозначно одетых дам, сразу пошедших в сторону одного из самых больших шатров, сшитого из белых шёлковых и золотых парчовых полос. Одна такая ткань стоила очень приличных денег, а подобных шатров я сейчас видел несколько десятков штук. Выдайте мне всю использованную при пошиве шатров ткань, и я смог бы осуществить все мои идеи по созданию войска, но, увы и ах, эти огромные средства пошли на пошив больших палаток.
У лагеря было сколочено большое ристалище с высокими трибунами, где уже стали рассаживаться горожане. Стражники, стоящие там, не пропускали бедно выглядящих горожан и гостей. Внешне я выглядел вроде бы неплохо, а потому рискнул взобраться на трибуны. Стражники пропустили меня без особых проблем, и я поднялся на самую высокую скамью. С одного боку от меня сидела дородная женщина в искусной меховой шубой и с множеством златых цепей на шее и браслетов с драгоценными камнями — купчиха. С другого бока сидел хмурый мужчина в потрёпанном плаще, подбитым мехом, и смотрел на ристалище самым ненавидящим взглядом из всех, что я видел. Его недовольство прямо повисло в воздухе. Я же просто сел, поставив локти на колени и положив на ладони голову, и принялся ждать шоу.
Я уже было успел задремать, как неожиданно загромыхали трубы. Показалось, что это была отдача приказов и захотелось сразу пойти в бой, но через пару мгновений сообразил, что нахожусь не на поле боя, а на турнире, и пальцы тут же отпустили рукоять сабли.
На ристалище под звуки труб въехали два рыцаря на здоровенных конях, в крепких латных доспехах и с раскрашенными щитами. У одного из них щит был раскрашен рисунком знакомого мне герба. Чёрный круг на белом фоне с двумя скрещенными золотыми копьями. Такой герб имел на сюрко один из герцогских охранников и я, кажется, даже помнил его имя. Элиос Лансьер — так звали этого рыцаря, и его турнирное копьё было выкрашено в бело-жёлтую полоску. Второго рыцаря, к сожалению, я не знал, но это только прибавляло ему в моих глазах симпатии. Очень уж этот Лансьер нехорошо на меня смотрел. Словно не на пыль под ногами, а на здоровенную такую коровью лепёху.
Второй рыцарь имел на щите и сюрко совсем иной герб. На фоне из больших синей и красной линий была связка серебряных колосьев. Его род я не знал, но конём и снаряжением он вовсе не уступал своему оппоненту.
Оба секунданта подошли к бойцам, проверяя их доспехи и копья. Через несколько секунд, стоящий на противоположной трибуне главный судья поднял руку вверх, вновь затрубили пажи, и кони, ударив в снег копытами, начали набирать скорость. В длину ристалище было метров сто двадцать, и до столкновения было всего ничего. От интереса я даже привстал на трибунах, и поднял сжатые к груди кулаки. Я был всего на одном таком турнире, да и то он был не настоящим. Бойцы на нём были такими же, как и я, реконструкторами, а от того всё происходящее ощущалось с некоторой фальшью, хоть эмоций доставляло изрядно.
Здесь же турнир был другой. Воины, которые сейчас готовы схлестнуться друг с другом, были мастерами своего дела, и положили на обучение воинскому ремеслу всю свою жизнь, да и окружающая действительность добавляла антуража.
Ржание коней, удары их ног о притоптанный снег, крики толпы. Кони несли рыцарей на своих спинах с такой огромной скоростью, что отпечатывались на сетчатке лишь пятнами. Наконец, они сблизились, и раздался удар! Он оказался столь яростным и тяжёлым, что копья треснули на мириады щепок, а сталь доспехов заскрипела от приложенной на наконечники копий силы. Щит рыцаря с колосьями треснул, а сам всадник сильно отклонился назад и в бок от удара. Меж крепких досок щита застрял наконечник бело-золотого копья, а его обладатель… Лансьер раскинулся на снегу в позе звезды, и шлем его, похожий на жабью голову, отлетел в сторону, промявшись от копья своего соперника.