Битва ставок. Великое противостояние. 1941-1945

Анатолий Александров
100
10
(1 голос)
0 0

Аннотация: В книге военного историка и писателя А.А. Александрова в остросюжетной форме анализируются ключевые коллизии противоборства советской и гитлеровской Ставок Верховного Командования на протяжении всей Великой Отечественной войны. Принципиально разные подходы к решению сходных задач при наступлении и обороне позволили высветить исключительные особенности военного искусства, стратегии и тактики войск в Смоленском сражении, в битвах под Москвой, Сталинградом, Курском и в операции «Багратион». Ярко показан блеск ратных талантов Г. К. Жукова, К. К. Рокоссовского, И. С. Конева, А. М. Василевского, а также их визави в стане противника в лице В. фон Браухича, В. фон Лееба, Ф. фон Бока, Г. фон Рунштедта, Э. фон Манштейна.

Книга добавлена:
18-01-2023, 08:44
0
305
136
Битва ставок. Великое противостояние. 1941-1945

Читать книгу "Битва ставок. Великое противостояние. 1941-1945"



1

Верховный обещал Жукову посоветоваться с Генштабом и сообщить решение Ставки по поводу дальнейших действий войск 1-го Белорусского фронта. Но 25 января такое решение во фронтовой штаб не поступило. Ставку озадачили успешные действия 2-го Белорусского фронта Рокоссовского.

Своевременно брошенная в прорыв 5-я гвардейская танковая армия Вольского, сметая на своем пути все заслоны, устремилась к Балтийском у морю. 25 января передовые 10-й и 29-й гвардейские танковые корпуса пробились к заливу Фришес-Хафф в районе Толькемита, блокировав Эльбинг.

Этот успех войск Рокоссовского позволил завершить отсечение Восточно-Прусской группировки от остальных сил Восточного фронта. В мешке оказались 3-я танковая и 4-я армии Рауса и Хоссбаха, а также шесть пехотных и две моторизованных дивизии 2-й армии Вейса.

В полдень 26 января в штаб 1-го Белорусского фронта позвонил Верховный, спросил:

– Как дела, товарищ Жуков? Не передумали в отношении дальнейшего плана действий фронтовых сил?

– Нет, не передумал, товарищ Сталин, – ответил командующий 1-м Белорусским фронтом. – Познанский рубеж обороны противника позади. Впереди Одер.

– Хорошо. Ставка согласна с вашим решением, но подумайте о безопасности своего правого крыла. Войска маршала Рокоссовского завершили Млавско-Эльбинскую операцию. Часть его сил наступает вдоль Балтийского побережья на запад, а часть Ставка намерена использовать для ликвидации Восточно-Прусской группировки немца.

– Я просил вас, товарищ Сталин, выделить моему фронту дополнительно одну общевойсковую армию.

– Нет, товарищ Жуков. Сейчас Ставка такой возможности не имеет. Все, что у нас было в резерве, направлено на 3-й Украинский фронт, который отбивает атаки эсэсовских танковых дивизий южнее Будапешта.

– А как идут дела у маршала Конева, товарищ Сталин? Сталин был, как всегда, краток:

– Хорошо. Помимо прорыва к Одеру южнее Бреслау, его 13-я армия генерала Пухова прорвалась к Одеру в районе Штейнау с захватом важного оперативного плацдарма.

– Я считаю, товарищ Сталин, что при положительном развитии обстановки в целом необходимо быстрее решить вопрос с ликвидацией вражеской группировки в Курляндии.

– Ваша оценка обстановки правильна, товарищ Жуков. Мнение командующего 1-м Белорусским фронтом о том, что до выхода фронта на Одер противник не сможет организовать контрудар из Восточной Померании, подтвердил точный расчет его штаба. Генерал-полковник Малинин легко доказал, что даже в случае серьезной опасности имелась возможность для частичной перегруппировки войск с Одера на северо-восточное направление с целью разгрома войск противника в Восточной Померании.

Положение вблизи Силезского промышленного района действительно складывалось не из легких. 3-я гвардейская танковая армия с севера и 60-я армия с юга уже охватили этот сплошной, в пять тысяч квадратных километров, город в гигантские клещи, которые оставалось только сомкнуть. И основным, до двенадцати дивизий, силам 17-й армии Шульца было не выбраться из каменной западни. Но ликвидация блокированной группировки непременно привела бы к разрушению всей инфраструктуры Силезии. Допустить этого было нельзя. Еще при утверждении плана Висло-Одерской операции Верховный обратил особое внимание Конева на то, чтобы уберечь Силезию для будущей Польши.

Маршал Конев прибыл на КП 3-й гвардейской танковой армии, поставил новую боевую задачу Рыбалко.

– Товарищ маршал, чтобы выполнить ваш приказ, мне надо вновь круто поворачивать армию, – возразил командарм 3-й гвардейской танковой.

– Вам к поворотам, Павел Семенович, не привыкать, – успокоил Рыбалко командующий фронтом. – Только что ваша армия совершила блестящий поворот. Теперь давайте сделаем еще один поворот. Кстати, у вас ведь 7-й гвардейский мехкорпус еще не развернут, наступает во втором эшелоне. Давайте его сразу и выведем на Ратиборское направление.

– Да, это, пожалуй, возможно, – согласился Рыбалко.

– Тогда и передайте сейчас же приказ 6-му и 7-му гвардейским танковым корпусам: «Стоп!», а 7-му гвардейскому механизированному: «Вперед, на Ратибор!»

В тот же день, 28 января, командующий 1-м Украинским фронтом представил в Ставку план Нижне-Силезской операции. Он сводился к тому, чтобы разгромить Бреславльскую группировку 4-й танковой армии Грезера и к 25 – 28 февраля пробиться на Эльбу. Аналогичный план действий был представлен в Ставку и 1-м Белорусским фронтом.

Получив 29 января донесение Конева о том, что войска 1-го Украинского фронта овладели не разрушенным Силезским промышленным районом, Верховный тут же утвердил без всяких изменений план Нижне-Силезской операции.

Утром 31 января 2-я гвардейская танковая и 5-я ударная армии Богданова и Берзарина пробились на Одер у Кюстрина, форсировали его, захватив важный плацдарм на участке Кинитц – Гросс – Нойендорф – Рефельд. Южнее к Одеру прорывались 8-я гвардейская, 69-я, 1-я гвардейская танковая и 33-я армии Чуйкова, Колпакчи, Катукова и Цветаева.

С выходом 1-го Белорусского фронта к Одеру угроза флангового удара из Восточной Померании с каждым днем возрастала. Авиационная и войсковая разведки установили подход и сосредоточение там значительных сил группы армий «Висла» рейхсфюрера СС Гиммлера. Военный совет фронта направил в Ставку тревожное донесение:

«1. В связи с отставанием левого крыла 2-го Белорусского фронта от правого фланга 1-го Белорусского фронта ширина фронта к исходу 31 января достигла пятисот километров. Если левый фланг Рокоссовского будет продолжать стоять на месте, противник предпримет активные действия против растянувшегося правого фланга 1-го Белорусского фронта. Прошу приказать Рокоссовскому немедленно перейти в наступление 70-й армией в западном направлении, на уступе за правым флангом 1-го Белорусского фронта.

2. Конева прошу обязать быстрее выйти на р. Одер».

Не получив ответ из Ставки, Жуков 1 февраля повернул 2-ю, а 2 февраля и 1-ю гвардейские танковые армии на Восточно-Померанское направление. На главном, Берлинском направлении остались четыре общевойсковых армии, два танковых и один кавалерийский корпуса. Чтобы наступать и брать Берлин, этих сил было недостаточно.

В полдень 12 февраля Сталин вернулся с Ялтинской конференции и сразу заслушал доклад начальника Генштаба Василевского о положении на фронтах. Повсеместно войска вели тяжелые бои. Особенно сложной оставалась обстановка на Кенигсбергском направлении.

Сразу после доклада Василевского Верховный позвонил командующему 2-м Украинским фронтом, спросил:

– Как у вас идут дела, товарищ Малиновский? Когда Ставка получит ваш доклад об освобождении Будапешта?

– Генерал Манагаров доложил, товарищ Сталин, что завтра Будапешт будет очищен от противника, – ответил Малиновский. – У гитлеровцев – полтора десятка кварталов.

– Немец еще сопротивляется? – уточнил Сталин.

– Имеет место очаговое сопротивление, товарищ Сталин, – доложил командующий 2-м Украинским фронтом. – Сражаются остатки эсэсовских и полицейских частей.

– А как вы намерены распорядиться венгерскими частями, которые переходят на сторону Красной Армии?

– Мы формируем из них части и намерены использовать в боевых действиях на венгерской территории.

– Завершив Будапештскую операцию, 2-й Украинский фронт должен быстрее прорываться на Братиславу и в направлении Вены. По военным объектам немца на этом направлении нанесет удары американская авиация. Надо вашим войскам поторапливаться, товарищ Малиновский.

– Будем поторапливаться, товарищ Сталин, – заверил Верховного командующий 2-м Украинским фронтом.

В полдень 13 февраля Малиновский доложил в Ставку: «Столица Венгрии Будапешт полностью очищена от противника! Войска 2-го Украинского фронта продолжают наступление на Братиславу».

Тяжело складывалась обстановка на Кенигсбергском направлении. Наступление войск 3-го Белорусского фронта развивалось крайне медленно. Ощутимого успеха добились в середине февраля лишь войска 28-й армии Лучинского, которые обходным маневром овладели Прейсиш-Эйлау и вышли на подступы Цинтена. Сле ва их активно поддерживала 2-я армия генерал-лейтенанта Чанчибадзе.

Снижались темпы наступления наших войск на Берлинском направлении. Сопротивление врага день ото дня возрастало. Войска левого крыла 1-го Белорусского фронта продолжали напряженные бои по удержанию плацдармов на западном берегу Одера у Кюстрина. Командующий группой армий «Висла» Гиммлер спешно перебрасывал к Альтдамму и Штаргарду «аварийные силы» для нанесения флангового контрудара по войскам 47-й и 5-й ударной армий Перхоровича и Берзарина, пробившихся к Одеру южнее Цедена.

В это же время войска 1-го Украинского фронта, прорвав оборону 4-й танковой армии Грезера на участке Глогау – Лигница, к исходу 13 февраля пробились к реке Бобер, форсировали ее, обеспечив важные плацдармы на ее западном берегу. Успех 4-й гвардейской танковой армии Лелюшенко на Котбусском направлении не был, однако, закреплен 13-й армией Пухова и противнику удалось снова сомкнуть фронт позади ушедших вперед танковых колонн. Оказался упущенным шанс прорыва подвижных сил к Нейсе и Шпрее и внезапного удара на Берлин через Люббен и Цоссен.

Кроме того, маршала Конева все больше беспокоило положение в центре полосы наступления 1-го Украинского фронта. Отчаянное сопротивление противника в крепости «Бреслау» задерживало продвижение на Гёрлиц 6-й и 5-й гвардейской армий генералов Глуздовского и Жадова. Не способствовала успеху в центре и ситуация на участке 21-й, 59-й и 60-й армий генералов Гусева, Коровникова и Курочкина на левом крыле, от Гротткау до Ратибора.

Действуя наверняка, маршал Конев повернул с запада на восток 3-ю гвардейскую танковую армию Рыбалко. Ее стремительный бросок из района Бунцлау в направлении Бреслау явился полной неожиданностью для командующего группой армий «Центр» Шернера. С ходу разгромив 19-ю танковую и две пехотные дивизии из состава 17-й армии Шульца, 15 февраля танкисты замкнули кольцо блокады вокруг Бреслау.

Отразив все попытки 8-й танковой дивизии противника пробиться в Бреслау, 3-я гвардейская танковая армия вновь развернулась и двинулась на запад, наступая на Гёрлиц.

Итоговый доклад Василевского за 17 февраля изобиловал фактами резкого обострения обстановки в полосе наступления 3-го Белорусского фронта на Кенигсбергском направлении, а также юго-восточнее Эльбинга в полосе наступления войск Рокоссовского и у Штаргарда у маршала Жукова.

Приняв поручение Верховного отправиться в Восточную Пруссию для организации быстрейшего разгрома врага, маршал Василевский обратился к нему с просьбой:

– Я прошу вас, товарищ Сталин, освободить меня от должности начальника Генерального штаба, поскольку большую часть времени я нахожусь на фронтах. Считаю такое решение назревшим и целесообразным.

– Вот как? – искренне удивился Верховный. – И вас такое решение не обидит, товарищ Василевский?

– Генерал армии Антонов фактически давно исполняет эту должность, товарищ Сталин. За мной я прошу оставить только должность заместителя наркома обороны.


Скачать книгу "Битва ставок. Великое противостояние. 1941-1945" - Анатолий Александров бесплатно


100
10
Оцени книгу:
0 0
Комментарии
Минимальная длина комментария - 7 знаков.
Книжка.орг » Историческая проза » Битва ставок. Великое противостояние. 1941-1945
Внимание